Египетский кристалл

Кто-то из посетителей, наверное, немцы, вдруг выкрикнули: «Калинка – малинка». Полина, не удивившись, как будто ожидала этот «заказ», легко взяланехитрые аккорды плясовой. Чепуха, сообразительная, не хуже старика – хозяина таверны, пошла в пляс. Дробно стуча по дощатому полу, в жанре русского «степа», то есть, чечеткой, она сделала оборот сначала вокруг киприотов – старого и молодого, а потом стала обходить столик за столиком. Чуть задерживаясь у одной группы туристов, она приветственно взмахивала руками, кружилась и шла к другой.

На одной маленькой территории кипрской таверны установились мир и дружба народов. Все присутствующие сталиотбивать ритм ладонями, ногами, чайными ложечками и выкрикивать «калинка-малинка». Едва Чепуха закончила свой номер, как Полинапод аккомпанемент гитары неожиданново всю силу своего мощного контральто грянула: «Увезите меня в Гималаи…». Светке показалось это смешным, и она, как застоявшийся в стойле жеребец, выпущенный, наконец, в зеленое чистое поле, разразилась веселым ржаньем. Своим выступлением оригинального жанра Смехота, конечно, внесла существенную лепту в импровизированный концерт. Наверняка, ни киприоты, ни французы с англичанами, американцы и немцы, да и прочие шведы, заполнившие таверну, не слышали такого хохота, и уж тем более, не подозревали о его заразительности, если не сказать, заразности. Захохотали все, загоготали радостно, громко, не заботясь о приличиях, забыв о возрасте, воспитании и образовании, разности религий, языков и политических разногласиях лидеров своих стран. Звуки буйного хохота понеслись из таверны на улицу, притягивая в свое «магнитное» поле случайных прохожих. В таверну то и дело с любопытством заглядывали прохожие, входили и, не задумываясь, почему, включались в общее веселье. Мощь буйного хохота возрастала с каждым новым посетителем. Помещение набилось до отказа, вокруг таверны тоже стояла смеющаяся толпа. Сквозь смех со всех сторон и на разных языках слышалось: «Грейт! Фантастик! Формидабль! Ваккерт! Маравильозо!», что означало примерно одно и тоже: великолепно, чудесно, замечательно, здорово!

Чепуха, никогда не терявшая бдительности и чувства меры, незаметно толкнула Смехоту в бок, потом пощекотала.

Светка, которая, как известно, могла рассмеяться по любому поводу, никогда не смеялась от щекотки. Наоборот, она, щекотка, действовала на нее как ушат холодной воды. Чепуха знала эту странную особенность подруги.