Капитан Темпеста (сборник)

Сначала выступили артиллеристы в разноцветных камзолах и широких шароварах, в сопровождении двухсот колубрин, которых везли превосходные арабские лошади в богатейших попонах и сверкающих металлическими украшениями сбруях. За ними двигались роты янычар, этих наводящих ужас всемирно известных головорезов, составлявших главное ядро турецкой армии. Это был подбор людей, не боявшихся смерти, когда их пускали в дело, они не останавливались не только перед саблями и мушкетами, но даже перед пушками.

Потом стали появляться албанцы в своих широких белых юбках и громадных пестрых чалмах, в поясах, утыканных пистолетами и ятаганами. Затем следовали иррегулярные войска Малой Азии, вооруженные длиннейшими аркебузами, алебардами, и даже арбалетами, более ста лет уже не употреблявшимися в других странах, покрытые сверкающими стальными доспехами и снабженные щитами времен чуть не первых крестовых походов, они имели очень грозный вид.

Последними шли необозримые ряды арабских и египетских кавалеристов, закутанных в белые бурнусы, украшенные цветными каймами и кистями.

При звуках труб и трескотни барабанов громадное войско располагалось необозримым полукругом, крайние линии которого терялись на горизонте.

– Уж не хотят ли они запугать нас видом своих сил? – с улыбкой обратился синьор Перпиньяно к капитану Темпеста, с внутренним трепетом ужаса смотревшему на бесконечное передвижение этих страшных масс фанатичного неприятеля.

– Бог их ведает. Но, наверное, готовится что-то ужасное, – отвечал капитан.

Едва успел он произнести последнее слово, как турецкие трубы и барабаны вдруг замолкли, наступила тишина. В то же время на середину пустого пространства, окаймленного войсками, выехал сам великий визирь, весь закованный в черненую сталь, с белой мантией поверх доспехов и в белой чалме с пышным убором из перьев, вероятно, составленных из драгоценных камней, судя по брызгавшим от них во все стороны разноцветным огонькам.

Турецкий военачальник сидел на белоснежном арабском коне с длиннейшей гривой, убранном с чисто восточным великолепием.