Капитан Темпеста (сборник)

 – Хотя стол самого визиря превосходно снабжен, у его подчиненных не достает многого, к чему они привыкли.

– Я и на это не могла рассчитывать, и очень признательна вам за вашу заботливость, – сказала молодая герцогиня с сердечной улыбкой. – Но мои друзья более меня настрадались от недостатка пищи, уже по одному тому, что они как мужчины имеют лучший аппетит… Угощайтесь, синьор Перпиньяно, и ты также, мой верный Эль-Кадур, – прибавила она, указывая на закуску.

Сама она удовольствовалась чашкой кофе, налитой ей молодым турком и бисквитом, между тем как ее лейтенант и араб, пропостившись более двадцати четырех часов, с волчьим аппетитом набросились на более существенное.

– Так, скажите мне, синьора, что я должен сделать для вас? – спросил Мулей-Эль-Кадель, когда молодая девушка отставила выпитую чашку и отказалась от второй.

– Я попрошу вас помочь нам выйти из Фамагусты, – ответила она.

– Вы желаете возвратиться в Италию?

– Пока нет.

На красивом подвижном лице турка выразилось глубокое изумление.

– Следовательно, вы желаете остаться на Кипре? – произнес он тоном, в котором слышалась как бы затаенная радость.

– Да, до тех пор, пока я не разыщу любимого человека, находящегося у вас в плену, – пояснила герцогиня.

Лицо Мулей-Эль-Каделя заметно омрачилось.

– Кто же этот человек? – уже более сухо предложил он вопрос.

– Виконт Ле-Гюсьер.

– Ле-Гюсьер? – повторил Мулей-Эль-Кадель, закрыв глаза рукой, чтобы сосредоточить свою мысль. – Погодите, начинаю припоминать… А, это, должно быть, один из тех немногих дворян, которые были взяты в плен и пощажены Мустафой, не правда ли?

– Да.

– Если это тот самый, кого в Никосии называли звездой, душой тамошнего гарнизона, то знал и помню, что о нем шла молва как о самом доблестном из христианских военачальников…

– Он, он самый… Мне хотелось бы узнать, где его держат в плену.

– Это не трудно будет узнать. Стоит только порасспросить кое-кого у нас.

– Может быть, эти дворяне были отправлены в Константинополь, вы не слыхали об этом?

– Нет, и мне кажется, что у Мустафы были особые намерения относительно этих пленников… Вам желательно освободить их всех до вашего возвращения на родину?

– Нет. Я приехала сюда в качестве капитана Темпеста исключительно с целью вырвать из ваших рук виконта Ле-Гюсьера, но если бы удалось освободить вместе с ним и остальных пленных, я, разумеется, была бы очень довольна.