Разбойники Сахары. Пантеры Алжира. Грабители Эр-Рифа

 – Мне сказали, что его зовут Тасили, а в плен он был взят в оазисе Эглиф.

– Все верно, – кивнул мавр.

Эль-Мелах развязал ему руки и сказал:

– Ты свободен. Если хочешь, я провожу тебя к твоим хозяевам.

– К господину Бену и госпоже Эстер? – ахнул старик.

– Да.

– Когда я смогу их увидеть?

– Завтра.

Эль-Мелах кивком попрощался с Амром, прибавив на туарегском:

– Здесь же. Через два дня.

– Буду ждать, – понимающе усмехнулся вождь.

Эль-Мелах и мавр, ведя мехари в поводу, миновали людные улицы и подошли к караван-сараю как раз в тот момент, когда вернулся Эль-Хагар.

– Что за старика ты привел? – спросил тот.

– Вижу, мне повезло больше, чем тебе, Эль-Хагар, – похвалился туатец. – Раздобыл сведения о полковнике?

– Нет.

– А я меж тем не только разыскал Тасили, но и выяснил, что полковника Флаттерса продали в рабство султану.

– Ты удивительный человек, Эль-Мелах! – Эль-Хагар взглянул на него с восхищением.

– И это еще не все, – продолжил Эль-Мелах с коварной усмешкой.

 – Я узнал, что вчерашние туареги подались за Нигер, в Сарай-Ямо, где располагается их дуар.

– Значит, наши дела здесь окончены.

– Да, пора возвращаться к маркизу. У тебя деньги есть?

– Господин дал мне немного золотого песку.

– Тогда пойдем купим мехари для старика и немедленно тронемся. До заката будем в оазисе.

Глава XXV

Дом старого Нартико

Семь часов спустя, к величайшему удивлению маркиза и Рокко и неимоверному ликованию Бена и Эстер, Эль-Хагар, Эль-Мелах и Тасили возвратились в оазис Тенег-эль-Хадак.

Все четверо приветствовали старого Тасили, который, увидев своих молодых господ, разрыдался от счастья. Маркиз, обрадованный новостями, долго расспрашивал предателя о судьбе полковника. У Эль-Мелаха на все был готов ответ.

Якобы от своего знакомого туарега он узнал, что Флаттерса привезла в Тимбукту банда, повинная в расправе над экспедицией, и продала в рабство султану.

– Мой приятель, – разливался соловьем Эль-Мелах, – лично присутствовал при продаже француза на невольничьем рынке и слыхал, что люди султана заплатили за него четыре либры золотого песка, десять слоновьих бивней и триста золотых монет.

Неслыханная сумма для города, где негров продают за несколько горстей соли.

– Мы его освободим, – произнес маркиз. – Пусть даже ради этого придется спалить Тимбукту и взять в плен султана.

– О султане я позабочусь, хозяин, не сомневайтесь, – пробасил Рокко.