Разбойники Сахары. Пантеры Алжира. Грабители Эр-Рифа

– Надеюсь, мы отбили у них охоту возвращаться, – сказал Эль-Хагар. – Однако поспешим в Эглиф. Верблюды в давке порвали несколько бурдюков. Если вы не слишком устали, едем дальше.

Рокко и Бен привели двух туарегских мехари, которые остались рядом с погибшими хозяевами, словно надеялись, что те оживут и сядут в седло. Путешественники, уверенные, что больше их не побеспокоят, двинулись дальше, увеличивая отрыв от назойливых разбойников.

Когда наступила ночь, караван находился уже в двадцати милях от Эглифа. Они шли весь день, сделав лишь две короткие остановки, чтобы перекусить.

Однако, не чувствуя себя в полной безопасности, отдыхали всего несколько часов и уже после полуночи вновь пустились в дорогу, на обращая внимания на жалобный, тоскливый рев верблюдов. Впрочем, бедуины заставили их замолчать, варварски завязав им морды тряпками, и жестоко подгоняли палками и проклятиями.

Удивительно, но жители Сахары относятся к вьючным верблюдам с неслыханной жестокостью, в то время как мехари холят и лелеют.

Эти получают лучшую еду, даже масло и сахар, их тщательно вычесывают и никогда не перетруждают. Для вьючных же не жалеют пинков и палок.

Мехари действительно более благородные животные. Они привязаны к своим хозяевам и стоят в десять раз дороже. Вьючные – упрямы, злобны, мстительны и нередко пытаются укусить своих погонщиков.

В четыре часа утра караван, ведомый Эль-Хагаром и маркизом, ехавшими на мехари туарегов, оказался в виду нескольких увядших пальм с пожелтевшими, поникшими листьями.

– Эглиф! – воскликнул мавр.

– Там должен ждать Тасили, слуга Бена, – сказал маркиз.

– Что-то не вижу я никаких палаток, – проворчал Эль-Хагар.

– Неужели с ним что-то случилось? Или он не дождался Бена и уехал на юг?

– Мог отправиться в Амул-Таф.

– Еще один оазис?

– Да, в двух днях пути и покрупнее этого.

Тут к ним подъехал Бен.

– В оазисе нет ни палаток, ни верблюдов, – сообщил ему маркиз.

– Наверное, Тасили отправился поохотиться, – предположил юноша.

 – В окрестностях оазисов много дичи.

Подняв винтовку, он выстрелил в воздух. Выстрел прогремел над барханами, и звук его замер вдали. Несколько минут все напряженно ждали.

– Нет здесь твоего Тасили, – заключил маркиз.

– Что, если его убили туареги? – Бен побледнел. – Это было бы ужасно. Тасили – единственный, кто точно знает, где мой отец закопал сокровища.

– Поехали проверим, – предложил Эль-Хагар. – Если в оазисе произошло убийство, останутся следы.