Жизнь после

 – Чем дольше я скитаюсь по миру, тем сладостнее миг возвращения. Меня нигде не ждут так, как здесь. Многие кочевники больше любят Архном, но мне ближе Эрмитей. Я чувствую, что в этом месте пахнет свободой, что только из этого места я могу выбрать любой путь. Я не знаю, как тебе объяснить мои чувства, но только здесь я наполняюсь энергией.

На протяжении своей речи, она активно жестикулировала руками, изредка прижимая их к груди. Она выглядела очень вдохновлённой и энергичной, словно не было двух месяцев долгой и изнуряющей дороги.

И это поражала Сэмюеля больше всего: как она находила силы? В такие моменты он искренне сомневался в том, что она человек, и ещё больше сомневался в том, что однажды сможет стать таким же.

Когда они вышли на огромную площадь, что имела свободное пространство, перед ними предстало здание бледно-синего цвета. Оно наполовину было когда-то разрушено, но сейчас, благодаря кочевникам, это место было восстановлено при помощи деревянных досок, что были выкрашены в тёмно-синий цвет.

А та часть здания, что казалась целой, имела заплатки яркого цвета. Вокруг здания росли зелёные кусты, а на самой площади, располагался большой круг, выложенный из камня и напоминающий кострище.

– Когда солнце садится, и работать при свете огня становится тяжело – все жители поселения стягиваются на эту площадь. Разжигают большой костёр. Мы вместе готовим ужин, делимся своими мыслями и рассказываем о том, что интересного узнали за день.

Тебя непременно должен понравиться этот ритуал, – подмигивая, проговорила женщина. – А сейчас подожди меня здесь, – выражение её лица резко сменилось, став серьёзным.

После этих слов Джульетта направилась в сторону здания и скрылась где-то в его глубинах. И время для юноши потянулось мучительно медленно. Сначала он переминался с ноги на ногу, раскачивая руками в разные стороны, а потом принялся ходить по кругу. Чем дольше он оставался в одиночестве, тем больше неприятных мыслей лезло в его голову.

Почему она так изменилась в лице? Из-за него? Точно, из-за него – ей нельзя было приводить непонятно кого в Эрмитей, и тем более просить принять его в кочевники. Неужели теперь придётся идти обратно одному?

Сэмюель начинал чувствовать, как его нервы натягиваются, словно верёвка для ловли рыб. Ему захотелось раствориться в воздухе, исчезнуть в неизвестном направлении.