Всегда в декабре

 – Он подмигнул Клэр, намекая на фразу, которую та недавно произнесла, и она слабо улыбнулась в ответ, утирая рукой подбородок. – Заряжаемся рождественским настроением, – он поднял стаканчик с джином.

Оливер молча смотрел на Макса, потом перевел взгляд на Джози, которая изо всех сил старалась выглядеть естественной, жалась к Максу и чувствовала, как тепло его тела доходит до нее сквозь ткани их пальто.

– Джози, что?..

Но Макс достал из кармана телефон и с деловитым видом взглянул на часы.

– Взгляни-ка сюда, Джоз, – выразительно проговорил он, суя телефон ей под нос и тыкая в верхний угол, где были часы.

– Вот черт, – сказала она, стараясь, чтобы прозвучало правдоподобно. – Нам… э-э-э… лучше поторопиться, иначе мы опоздаем…

– В Ледяной бар, – пришел на помощь Макс, спасая ее от необходимости что-то придумывать. Он похлопал по плечу Оливера, который явно, хотя и не очень успешно, пытался сдержать раздражение. – Рад был наконец-то познакомиться, – добавил он, посылая последнюю победительную улыбку Клэр, которая невольно просияла в ответ, но под взглядом брата сразу сделала серьезную мину.

– Пока! – на прощание крикнула Джози, когда Макс, схватив ее под руку и увлекая за собой, рванул намеренно в другую сторону – возможно, Ледяной бар находился действительно там, а может, и нет, она не знала.

– А ты действительно жил в Нью-Йорке? – шепотом поинтересовалась она, хотя, учитывая шум, в шепоте не было необходимости.

– Не-а. Как я уже говорил, там сейчас живут мои родители, поэтому я ездил туда несколько раз, но подумал, что проживание за границей – самый правдоподобный вариант, иначе как объяснить, почему мы никогда не встречались?

Джози помолчала, а затем, не в силах больше сдерживаться, захохотала.

Макс остановился и посмотрел на нее, а она, отняв руку, ухватилась за бок, покатываясь от смеха и не понимая, что именно ее так насмешило. Губы Макса слегка дрогнули.

– Мне показалось, тебя надо выручать, – сказал он.

– Да, – согласилась Джози, все еще смеясь. – Да, спасибо, это было… – она выпрямилась и широко улыбнулась ему, вспоминая ошарашенное выражение на физиономии Оливера, – феерично! – И, вздохнув, допила остатки джина.

 – Он изменил мне, – пояснила она, оборачиваясь и проверяя, не идут ли они следом.

– Я понял.

– На рождественском корпоративе.

– Ой.

– С нашей общей коллегой. Карой.

– Ну и сука, – он покачал головой.

У нее вырвался смешок.

– Это скорее его вина, чем ее, но тем не менее. – Она вздохнула.