Этот разрушительный элемент

Не могут две атаки одичалых, увиденные мной, оказаться совпадением. А значит, кто-то пытается посеять панику. Ведь сейчас мирные жители «Картакса» обвиняют в случившемся генхакеров, а они винят во всем «Картакс». И обе стороны развяжут войну друг с другом, пока кто-то третий продолжит дергать их за ниточки. Чего и следовало ожидать от Лаклана.

– Думаешь, кто-то манипулирует нами? – Леобен приподнимает бровь. – Но какой в этом смысл?

– Не знаю, – признаюсь я. – Но разве не нечто подобное сделал бы Лаклан?

– Лаклан? Он точно не стоит за этим.

«Картакс» удерживает его в изоляции.

– И где? – спрашиваю я. – Можешь сказать мне, где он находится?

Даже если Лаклана держат в изоляторе, там скорее всего есть камера, а значит, я смогу увидеть его через «Истину».

Леобен прищуривается:

– И что ты собираешься делать?

– Не переживай так. Я не собираюсь его убивать.

Судя по всему, он мне не верит.

– Я просто хочу спросить его, что он сделал с вакциной.

– И ты не сдашься, пока не отыщешь его, да? Ты настоящая заноза в заднице.

 – Глаза Леобена стекленеют, а перед моими вспыхивает файл с местонахождением Лаклана. – Это его камера. Постарайся не задерживаться там. А после этого отправляйся за остальными. Увидимся, когда вернешься.

Я протягиваю руку, но тут же одергиваю ее, вспомнив, что не могу прикоснуться к нему.

– Спасибо, что отыскал меня, Ли.

– Всегда пожалуйста, кальмар, – говорит он. – По мне, так ты все еще член семьи.

Сердце сжимается от этих слов и от желания обнять Леобена перед уходом.

Но вместо этого я загружаю файл с местонахождением Лаклана в свою панель. А затем сосредотачиваюсь на указанной точке, и коридор с кафетерием начинают мерцать перед глазами. Мир погружается во тьму, а через секунду я чувствую, как меня утягивает вперед, словно кто-то воткнул мне в грудь крючок и сейчас наматывает леску.

Под ногами резко появляется пол. Темнота сменяется светлой, чистой комнатой. Я оказываюсь в современной лаборатории с генкитами и операционным столом.

Единственный выход отсюда – стальная дверь, на ручке которой мигает красный светодиод.

Лаклан стоит в другом конце комнаты с нечитаемым выражением на лице, глядя на меня своими серыми глазами.

От одного его вида все сжимается внутри, но я подавляю это чувство. Я пришла сюда не для того, чтобы жалеть себя. А чтобы заставить его рассказать мне правду о происходящем.

– Катарина, – говорит он. – Не ожидал тебя увидеть.

– Конечно нет, – соглашаюсь я.