Елькины сказы. Сборник сказок

Вся кошачья семья обожала сказки, поэтому маленькому котёнку их читали не только на ночь, но даже на день и на утро. Его прапрадедушка был тем самым котом, который «пойдёт направо – песнь заводит, налево – сказку говорит».

Матвей тоже любил сказки и умел их рассказывать. Его слушали, не моргая и затаив дыхание. Единственное, что ему не очень нравилось, точнее, совсем не нравилось, что в сказках не было сметаны. Он мечтал о таком мире, где всё сделано из неё. И, будучи ещё маленьким котёнком, он придумал игру на сметану под названием «Кто больше знает сказок».

Их Матвей знал больше всех, поэтому всегда выигрывал и ел обожаемое лакомство.

В школе, он выделялся яркими манерами и необычайным красноречием. Матвей первым приходил в столовую, открывал рот и весь персонал, затаив дыхание, слушал его речи. Это позволяло ему слизывать всю сметану. За его сказки ему многое прощалось.

Кроме этого, Матвей ходил по лесу и хвастался всевозможными вещами из сказок, чем завоевал расположение местных котов.

Он показывал их за сметану, за молоко и пирожки с мясом. Матвей называл эти вещи сказочными «артефактами». Многие ему достались от прадеда по наследству. Но были среди них и такие, которые коту не принадлежали. По мере роста, а рос он быстро, потому что относился к котам крупных пород и хорошо ел, он овладел уникальным приёмом. Он мог распушать шерсть так, что становился похожим на большой ком, и превосходить свои размеры в несколько раз. А потом также быстро укладывать её в гладкое состояние, чем приводил в неописуемый восторг всех кошек в округе и получал за это дополнительную порцию сметанного пирога.

Несмотря на свои внушительные размеры, Матвей перемещался легко, быстро, бесшумно и грациозно. Это он унаследовал от своей мамы – персидской кошки, которую привезли из самой Персии, а вместе с ней и несметное количество восточных сказок.

Он прекрасно владел всем своим телом, кроме хвоста. Казалось, что хвост живёт совершенно самостоятельной жизнью.

Как говорила бабушка: «У самого умного кота нашего рода самый непослушный хвост!»

Был у Матвея ещё один признак, выделяющий его из кошачьей среды. Он был трёхцветным.

– Этот цвет всегда приносит мне счастье и удачу, – добавлял он с важностью.

Больших котов в округе было много, но с такой расцветкой только он и его бабушка. Казалось, что кошачьи Боги тщательно выводили каждую линию. Окрас Матвея был благородно синим, солнечно рыжим и лунно-серебристым.