Если есть мечта

Если есть мечта

Татьяна Бурмистрова

Толстый и неуклюжий Жорик мечтал играть в футбол. Но мечта так бы и осталась мечтой, если бы не поддержка семьи и друзей. Жорик поверил в себя! Да, ему пришлось пройти нелегкий путь и приложить немало усилий, чтобы достигнуть поставленной цели. Но ведь все возможно, если есть мечта.

Татьяна Бурмистрова

Если есть мечта

Среди ночи раздался в квартире грохот и визг. Тут же хлопнули двери, щелкнул выключатель, вспыхнул свет. Одиннадцатилетний упитанный мальчишка, свалившийся со сломанной кровати, сидел на полу и моргал удивленными глазами.

На пороге комнаты стояли в ночных одеждах встревоженные дедушка, бабушка и мама. Дарья Ивановна бросилась к внуку первой.

– Живой! – крепко обняла она мальчишку.

– У тебя ничего не болит? – дрожащим голосом спросила мама.

– Да вроде нет, – пожал плечами Жорик.

– Тогда встаем, – мускулистый Петр Ильич обхватил руками пухлое тело внука и рывком поставил на ноги.

– Ступай в дедову кровать, – распорядилась бабушка.

 – А я сейчас тебе чайку организую с пирожками.

Дед склонился над лопнувшей царгой, покачал головой и выпалил с досадой:

– Правильно, откармливай этого бегемота дальше.

Утром Жорик запнулся об раскладушку, на которой дед скоротал остаток ночи, бросил тоскливый взгляд на изувеченную кровать, но, услышав громкий призыв бабушки к завтраку, мгновенно повеселел – покушать он любил.

Дарья Ивановна всю жизнь проработала поваром и очень вкусно готовила.

Особенно ей удавалась сдоба. С годами бабушка и сама стала походить на булочку, пышную и румяную.

Жорик плюхнулся за стол, зачерпнул ложку варенья, опрокинул на блинчик, наспех свернул и сунул в рот.

– Мм, – зажмурился он от удовольствия.

– Приятного аппетита, – улыбнулась бабушка.

– Угу, – промычал довольный Жорик, спешно намазывая второй блинчик густой сметаной.

Хлопнула входная дверь. Вернувшийся с утренней пробежки дед разулся и направился в ванную.

Сквозь шум воды донеслось его довольное уханье.

Мама красилась перед большим зеркалом, в котором отражалось ее моложавое личико с веселыми глазами.

– Маша, ну сколько можно обезьянничать? – раздался недовольный голос бабушки. – Блинчики стынут.

– Сейчас, – ответила мама, неторопливо растушевывая румяна.

Гладко выбритый дед с мокрыми, зачесанными назад волосами присел рядом с внуком.

– Какой по счету?

– Шестой.

– Ну ты, Жора, и обжора.