Жаб Жабыч и другие истории

Правда, он совсем не солнечный, потому что всё время идёт снег.

В солнечные дни мы с моим другом работаем на пляже, а когда идёт дождь, начинается война, и все тогда живут в сараях. Мы живём в разных сараях. Мой сарай лучше, потому что он деревянный.

У нас очень хорошая хозяйка. Очень остроумная. Когда идёт мимо меня, она всегда так смешно говорит: «Видеть не могу это чучело!» Хотя меня видно за километр.

Кормят меня хорошо, но невкусно. Мой друг приносит мне из ресторана крабовые очистки. Я немного похудел.

Я дружу с мальчиком Вовой, который сейчас пишет это письмо. Мы с ним ходим купаться по ночам, если тепло. Вова ловит для меня креветок. Это такие вкусные морские тараканы. Они меня очень поддерживают.

На пляже все меня любят, особенно дети. Все со мной фотографируются. Мой друг говорит, что лет за десять я насобираю денег на автомобиль и вернусь к вам на своей машине.

Ещё он хочет, чтобы я был не только фотомоделью, но и ослико-моделью.

Я посылаю тебе свою фотографию вместе с Вовой и с нетерпением жду, когда пройдёт десять лет. Вы тоже меня ждите и не забывайте. Я без вас очень скучаю. Иногда даже плакаю.

На фотографии был заснят грустный Жаб Жабыч в обнимку с толстым, добродушным мальчиком. Мальчик был в шортах, коротких сапожках и синей куртке. На Жаб Жабыче почему-то была надета большая женская шляпа.

На обратной стороне фотографии имелась надпись:

«Ваш Жаб Жабыч очень хороший. Приезжайте к нему в родительский день. Вова Новиков».

На конверте был очень простой адрес: «Ялта, ул.?Школьная, дом?1».

Владик прочитал письмо и немедленно позвал для совещания ближайших друзей – Витю Верхотурцева и Любу Кукарекову. Они тоже прочитали послание.

– Что будем делать? – спросил Владик. Пока Витя Верхотурцев напряжённо думал, пытаясь найти ошибку в слове «плакаю», Люба Кукарекова с ходу произнесла:

– Надо ехать в Ялту

– Как? – поразился Владик.

– Никто не разрешит, – ответила Люба. – Мы и не будем спрашивать разрешения.

– А на чём ехать? – спросил Владик.

– На чём угодно, – ответила Люба. – На поезде, на самолёте, на пылесосном мотороллере.

– Но мы ещё маленькие, – сказал Владик. – Пропадём.

– Это тебе так кажется, что мы маленькие, – заметила Люба. – Если втроём поедем, не пропадём.