Жил-был воробей и другие сказки

Сыч учился в той же школе, что и Никитос, только в старшем классе. Его кот по прозвищу Сильвер слыл грозой всего района. Он был одноглазым и кривобоким. В любых кошачьих потасовках Сильвер брал верх. Силища, гибкость и хитрость у кота были невероятные, а по веткам деревьев он летал, как птица. Никитос поискав Сыча, нашёл его на школьном дворе, заискивающе попросил:

– Одолжи на время кота.

– Что, мыши замучили? – ухмыльнулся Сыч.

– Воробьи покоя не дают. Гнёзда на дереве пощипать надо! – угодливо улыбнулся мальчишка.

– Чем благодарить будешь? Просто так не дам! – отрезал Сыч.

Никитос раскрыл ладонь. На ней лежал, поблёскивая перламутровой рукояткой, изящный перочинный ножик. Сыч сгрёб подношение и небрежно бросил:

– Завтра до уроков принесу, получишь кота на час.

Сенька во время разговора сидел рядом на дереве и слышал всё.

– Завтра? На целый час! – сердце маленького воробья сжалось в комочек, неистово стучало. Тут прозвенел звонок, школьники разошлись по классам.

– Полечу, посмотрю в бесстыжие глаза Сычу! – решил воробей.

Опять, как и прошлый раз, Сенька примостился на форточке. Сыч, так же как и Никитос, играл в электронную «стрелялку» в своём телефоне и совершенно не слушал незнакомую Сеньке учительницу, которая вслух читала интересную книгу. Воробей пожалел, что не успел к началу урока.

– «…Аннушка уже купила подсолнечное масло, – читала учительница. – И не только купила, но даже и разлила…»

– Вот неумеха эта Аннушка, – подумал воробей, – разлила подсолнечное масло.

Больше всего, после мамы, Сенька любил семечки, а именно из них делалось подсолнечное масло, значит, и подсолнечное масло Сенька тоже любил сразу после мамы. Воробей стал слушать дальше, его очень интересовало: кто же слижет разлитое масло?

– «и тотчас рука его скользнула и сорвалась», – продолжала читать учительница – «нога неудержимо, как по льду, поехала по булыжнику, и…».

Неожиданно пролетающая рядом с Сенькой ворона, ненадолго отвлекла воробья, но последнюю, на сегодняшнем уроке строчку, воробей всё-таки таки услышал

– «Берлиоза выбросило на рельсы…».

– Эх ты, как жалко дяденьку Берлиоза! Поскользнулся, бедный, на масле! Под ноги надо смотреть, взрослый уже, – назидательно подумал Сенька.

– Поскользнулся на масле?! – вдумался в слова воробей. – На масле? Правильно! – взвизгнул Сенька.