Жил-был Чух Болотный

Чух продолжает учиться, удивлять и удивляться

Спустя какое-то время, когда, Чух, кажется, научился всему, что умели делать его гостеприимные хозяева – лягушки, он внимательно стал наблюдать за ужами. Было очевидно, что Чух заинтересовался возможностью бесшумно ползать по земле и траве, прятаться между камней, корнями деревьев и старыми корягами. Ужи всегда держались несколько особняком на болоте, возможно, считая себя гораздо умнее лягушек.

К тому же, они были не склонны к разговорчивости.

Их раздражало постоянное кваканье соседей. Они предпочитали уползти куда-нибудь в уединенное, нагретое солнышком местечко и, свернувшись в уютный клубочек, подумать о смысле жизни. Чух с большим уважением отнесся к ужиным обычаям. Набравшись смелости, он почтительно обратился к ним:

– Милые ужи, не позволите ли мне поползать рядом с вами. Я бы очень хотел хоть немного научиться вашему умению.

Получив молчаливое согласие, Чух ежедневно находил время для тренировок в передвижении ползком.

Ужи вначале довольно скептически глядели на его неловкие выгибания при малом продвижении. Они, правда, были достаточно тактичны (кстати, не является ли это качество одним из показателей ума?) и не насмехались над Чухом, даже не критиковали. А вскоре отпала и причина для этого. Чух научился ползать как настоящая змея, бесшумно, гибко, да к тому же быстро. И все-таки истинной страстью Чуха стали не прыжки, плаванье или ползанье, а полеты.

Представьте себе, он захотел летать. И полетел!

Однако, все по порядку.

Будучи существом не только любопытным, но и любознательным, Чух стал изучать растения, травы, цветы, – все, что росло на болоте, около и даже дальше. Он очень полюбил ягоды, которых здесь было видимо-невидимо: морошка, клюква, брусника костяника, голубика. Он мог есть их и зелеными, и совсем не морщился от жуткой кислятины. Зато, как ни советовали ему лягушки, он не стал охотиться ни на какую мошкару.

Писклявая и вредная мелочь оценила, как говорится, этот жест доброй воли, и не доставала его.

Чуха не кусали даже мстительные и кровожадные комары.

Прошло немного времени, когда всем стало очевидно, что Чух мог делать то, что не умел делать никто на болоте. Прежде всего, сообщать много полезных сведений. На болоте же нет ни радио, ни телевизора. И множество болотного народца с какого-то момента стало собираться на берегу у старой коряги, чтобы послушать утреннюю сводку погоды и другие чухонские новости.