Жили-были сказки

И ничто не собьёт их с пути. Ступай и возьми себе в мужья быка, ведь он сильнее меня.

Но и бык отказался жениться на мыши, сославшись на то, что куда сильнее его железный плуг. Ведь только он зацепится за корень, ни один бык уже не сдвинет его с места.

И пошла мышь знакомиться с плугом.

– Ты такой красивый, такой железный – возьми меня в жёны!

Долго думал плуг, но и он отказал мыши:

– Мы могли бы быть очень счастливы – ты и я. Но, однажды узнав о том, что есть противник сильнее меня, ты не простила бы мне обмана.

Древесный корень, притаившийся под землёй, всегда преграждает мой путь. Не в моей власти справиться с ним.

А потому корень и должен стать твоим избранником. Совет вам да любовь.

Едва завидев мышь, задрожал могучий корень:

– Пощади меня, прекрасная мышь! Я сильнее плуга, но ты легко перегрызёшь меня, потому что мыши – самые могущественные создания на земле.

От удивления мышь даже рот раскрыла. Это что же получается:

нет на свете никого сильнее её народа?! А значит, и замуж ей надо выходить за сородича.

Вернулась домой и сыграла свадьбу с соседом, который уже давно и безответно был в неё влюблён. И жили они долго и счастливо, в мире и согласии.

Почему рыжая лиса и белая лиса порознь живут

Эскимосская народная сказка

В стародавние времена рыжая лиса и белая лиса вместе жили, в одном иглу[5 - И?глу – традиционное жилище эскимосов]. Каждое утро рыжая лиса шла к морю, опускала в лунки рыболовные крючки и ловила на них треску.

Тем обе подруги и сыты были.

Но однажды рыжая лиса не выдержала:

– И не совестно тебе, сестрица, без дела целыми днями сидеть да моими трудами кормиться? Сходила бы, что ли, тоже порыбачила!

– Так я же не умею! – воскликнула белая.

– Глаза боятся – лапы делают, – назидательно тявкнула рыжая и скрылась в иглу, давая понять, что сегодня она – не охотница, а если кто хочет с голоду помирать, так это его личное дело.

– Да и пожалуйста, да и пойду, – фыркнула белая лиса и отправилась к морю.

Но, как она ни старалась, как хвостом ни мела, ни одного крючка приладить к лунке так и не сумела. Треска, проплывая мимо, только посмеивалась.

Озябла лиса, продрогла, но вернуться домой без добычи гордость не позволяла. Вдруг смотрит, вдали что-то чернеет. Что-то большое и непонятное.

– Что бы это могло быть? – в недоумении почесала за ухом лиса. – Раньше я этого тут точно не видела.