Житейские суждения Стёпы Зайковского. Обитатели Волшебного Замка

– Совещание, – сказала в темноте Кошка Соня, обняв правой лапой за шею Собаку Грызуку – один сплошной галдеж! Соберётся всё это заячье родство, и прыгают, барабанят своими лапами в разные стороны по стенам. Что-то кричат, что-то хотят, сплошная суета, не правда ли Альба?

– Соня, о чём ты говоришь? Вот, всё это, что ты сказала, мне надоело вдвойне. Всё равно, всё будет так, как оно будет и весь этот Заячий трёп никому не нужен. Так, только покуражиться и взбудоражить сознание. Я жожу-жужу, тьфу ты, хожу на их сборища только для того, чтобы пересчитать всех этих плюшевых замарашек – скольких я ещё не погрыз! Да, наметить себе новую жертву – только ради этого, только ради этого всего.

Хожу-жожу-жужу-грызжу!

– Хитро? придумано! Я-то думаю, что тебе тут за интерес с этими зайцами блистать остроумием?

– Вот-вот, Сонэтик из Паттайя,

Мне очень грустно, я скучайя!

– Альба-джан неожиданно заговорила стихами, —

Мне бы по саду бегать,

Мне бы в снегу валяться,

Попить, поесть, коллега, —

Мне надо поправляться!

– Да, и ещё, пока никто не видит, хочется наесться снега.

Он вкусный, как мороженое, только после него всегда горло болит и кашляю я. А тут что я делаю? Сиджу-жужу в четырёх стенах и не знаю, где побегать, кого загрызть? Разве что, только вот этих плюшевых зазнаек?!

– Да, я тебя понимаю, Альба-джан, очень понимаю. Самой надоело здесь в этом подвале. Хоть бы мыши были – ни одной мыши: не живой, не плюшевой. Завели бы хоть Мышаку, пусть даже Игрушаку, я с ней поиграла бы коготками, а так, и когти поточить негде.

С каким удовольствием я полазала бы по деревьям, подточила коготки. Может быть, даже, подкараулила маленькую птичку-невеличку… Вообще, счастье охоты – вот в чём радость жизни! Ладно пойдем к своим лежанкам в Холл Замка на первый этаж, а то скажут, что мы разленились и перестали охранять этот За?мок.

– Пошли, – сказала Альба, – прыгай, Соня-джана, мне на спину, я тебе с ветерком домчу! – Соня прыгнула Собаке-Грызуке на спину, и они исчезла в темном квадрате дверного проема.

Заяц Стёпа не стал дожидаться прощальных рукопожатий и обнимания своих сородичей: тихой «сапой» упрыгал из подвала по лестнице на первый этаж в кухню и забрался в свою комфортабельную клетку. Там у него было уютно и всё автоматизировано: две автопоилки с холодной и теплой водой, одна автоматическая кормушка, в которой периодически появлялось «не знамо откуда», то кусочек яблока, то морковки, а то и капустный лист.