За тридевять земель

Классический вариант свадьбы в текущих условиях ну никак не прокатит.

Лягушка посмотрела на Зеркало, потом на свое отражение в нем, потом опять на Зеркало.

– Вынуждена согласиться, – поджала она губы. – И какой же в этом случае план?

– План простой. – Царевич-Иван вытер губы рукавом и покосился на обеденный стол, где стояла кружка с пивом. – Сейчас мы женимся. У меня тут и доверенность на должность бракосочетателя есть. Любой может произнести текст. А завтра прямо как встанем, так сразу и выдвигаемся.

– Куда? – опешила Царевна.

– Так к батюшке.

– Кащею? – запуталось в определениях Зеркало.

– Ни в коем случае. К батюшке невесты. Там надо документ о передаче невесты подписать.

– О передаче? – слабым голосом переспросила Лягушка.

– Разумеется. Строго по описи. Царевна. Одна штука. Корона. Одна штука. И так далее. У нас все четко.

– А после батюшки куда? – Царевна начала обретать потерянное присутствие духа.

– А потом я должен препроводить вверенный мне объект в кащеево царство.

Путь неблизкий, сразу признаюсь. Да и непростой. Болота там, реки всякие преодолевать придется.

– А горы? – с надеждой спросила Царевна.

– И горы, куда ж без них, – согласился Царевич-Иван.

– А море будет?

– Нет, моря не будет, – разочаровал жених невесту. – Будет океан.

– Океан?! – радостно вздохнуло Зеркало. – Чур, я с вами.

Царевич-Иван скептически осмотрел просителя.

– И как ты себе это представляешь? Я тебя не потащу, – сразу же огласил юноша свою позицию.

Зеркало захлебнулось словами от волнения.

– А я много места не занимаю! Я буду… Я могу… Я же не…

– Ты его понимаешь? – обратился жених к невесте.

– Ну… – внятного ответа у Лягушки не было, и она покосилась на колышущееся в нетерпении волшебное стекло. – Позволь указать тебе на очевидный факт: места ты занимаешь много. А про вес я и вовсе молчу.

Зеркало аж заискрилось.

– Так я ж могу… А вы меня… С собой! Океан!

– Вот был бы человек, так я водичкой бы в него плеснул.

Или дал дружески по морде. Чтоб в себя пришел и вспомнил какие-нибудь значимые части речи. А зеркалу как подзатыльник дашь? – задумчиво проговорил Царевич-Иван.

– Не надо подзатыльник, – попросила Царевна. – Оно сейчас в себя вернется и все разъяснит. Ведь так? – с нажимом подняла она кожу над глазами.

Зеркало откашлялось и слегка притушило сияние амальгамной поверхности.

– Я это… Я ж могу в любом предмете. Просто в зеркале удобнее.