Заберите меня домой

– Наша мама плишла за нами, чтобы домой заблать? – картавлю я.

– Нет, маме сейчас трудно, наверное, она не сможет нас пока взять…

Я рада встрече с Асей и совсем не обращаю внимания на ее грусть.

– Тома, ты совсем-совсем ничего не помнишь? – спрашивает она.

Я утвердительно киваю. Ася терпеливо отвечает на все мои нескончаемые вопросы.

– Ты была совсем маленькая, когда папы не стало, вот та-ка-я, – она показывает руками, какая я была, и продолжает:

– А я потом сюда пришла, через год.

Ты была здоровенькая, поэтому тебя взяли первую. Как я хочу к маме, как я хочу домой, – она вытирает ладошкой слёзы, катящиеся по лицу. – Сегодня я попрошу маму забрать нас, – обещает мне сестра.

Это обещание, скорее желание, я часто буду слышать. Здесь все дети так говорят.

В детский дом я попала совсем крохой, поэтому не помню никого из родных, и моей вселенной была моя сестра Ася.

Прошло много лет, но память восстанавливает детали, все яркие моменты, прожитые в детском доме, возвращая мельчайшие подробности и того дня, когда я почувствовала глубокую связь с сестрой, единственным человеком на земле, который в самый сложный период жизни был рядом.

Большая булочка

Мне четыре с половиной года. На дворе – знойное лето. Наша средняя группа купается в бассейне. Детское веселье кипит, переплёскивая через край. Радостные крики и озорной смех ребятишек перекрывают шум воды и голоса воспитателей. Июльское солнце нещадно палит, и мы с удовольствием барахтаемся в воде.

Восторженные вопли летят за пределы бассейна и разносятся по всей территории детского дома.

Вода тёплая, голубая, прозрачная, и дно бассейна хорошо просматривается. В жару бассейн, словно магнит, притягивает к себе детей и нет желания из него выбираться. Не каждый день получаешь столько радости. Обычно воспитатели подстраховываются: мало ли что, детей много, за всеми не уследить…

Я тоже учусь плавать, не отстаю от шустрых мальчишек и повторяю каждое их движение.

Вода по грудь, утонуть невозможно. Разноцветные брызги разлетаются во все стороны, попадают в рот, глаза, уши. Ребятня кричит от восторга. Зажав нос, ныряю, достаю дно, поднимаюсь и в этот момент получаю удар по голове.

Прихожу в сознание. Кто-то настойчиво меня теребит. Это воспитательница. Вижу её смутно, словно за стеклом. Она что-то говорит, но что – понять невозможно. Наконец, слух возвращается.