Заберите меня домой

Я хорошо запомнила её большой лоб, на котором пролегли морщины, любая мимика лица превращала её в маленькую старушку. По ночам она плакала и звала маму с папой. Потом потихоньку стала забывать этот жуткий кошмар. Детская среда лучше всего лечит израненные души. Но я не помню её улыбки.

В сентябре, в начале школьных занятий, появился Серёжа. Его нашли на вокзале. Фамилии своей он не знал, и ему дали фамилию Неизвестный. Он постоянно хотел есть. Мы сидели за одним столом и пользовались этим, незаметно меняясь тарелками.

Сережа нас выручал, съедал свою порцию, а потом принимался за наши.

Затем привезли Севу. Его нашли брошенным на стройке, и когда его мыли, кожу оттирали кусочком кирпича. Учился он легко. Был сообразительный и способный, математику мы все списывали у него. Примеры и задачи щёлкал как семечки, первым выполнял домашние задания и бежал играть на улицу, а мы только с завистью смотрели вслед.

Мы учились в первом классе, а в нашу группу все прибывали и прибывали дети разных возрастов.

Сестёр Маисовых, Гулю с Галей, оставили у нас, а братика и двух сестрёнок отправили в младшую группу. В этой семье отец убил свою жену на глазах у старшей дочери.

Девочка успела спрятать всех четверых ребятишек под кровать и держала там до тех пор, пока пьяный отец не уснул. Помню постоянные срывы Гули, её плохое настроение, казалось, беспричинные частые слёзы… Живя долгие годы в детском доме, Гуля ничего не забыла. Тот трагический день оставил ужасный след в её памяти.

Здесь находились дети всех возрастов, и характер и поведение у каждого были разными. Кто-то вел себя очень осторожно, и не дай бог такого ребенка обидеть, весь день малыш будет молчать, будто его нет. Были дети, поведение которых напоминало поведение зайчика.

Стоило воспитателю повысить голос и дать шлепок, такой ребенок не скоро мог прийти в себя и при каждом чихе дрожал. Новенький Саша долго не хотел верить в то, что мамы нет, и каждый день воображал, что она находится рядом.

У меня, например, какие-то тяжелые фрагменты моей жизни просто выпадали из памяти. За мой непокорный характер доставалось каждый день. Как-то старшеклассники избили меня в бане, да так избили, что я пролежала не вставая, три дня. И этот страшный промежуток моего избиения, исчез из памяти. Когда мне рассказали что произошло, я не могла вспомнить. Воспоминания всплывали через какое-то время, когда особого вреда уже не представляли.