Забытый этаж

 – Вы обыкновенные малолетние нарушители устоев и законов, в награду получившие бесполезные ключи от всех Лифтов!

Витька захлебнулся от негодования. Набрал побольше воздуха перед очередной тирадой, но Сумрак его опередил, срезав сухо и надменно:

– Вам подарили игрушки, настоящую силу которых знают лишь избранные. – И добавил, наводя амбикамеры на всю троицу: – Потому что детям всей правды знать не положено!

– Что же вы такое говорите? – расстроившись вслед за братом, прошептала Настя. – Витька, пойдем отсюда.

Этому Лифту срочно нужна помощь…

– Пожалуйста, не надо, – пробился в динамиках слабый голос Рифмователя. – Замолчи, Сумрак. Уходи, прошу…

Однако Витя вдруг замер, будто прислушиваясь к чему-то интересному, и на уговоры сестры внимания не обратил. Затем вынул из-за пазухи ключ-карту, разглядывая устройство так, словно видел впервые. Крутанулся на пятках, задумчиво направившись к внутреннему планшету протокольного доступа.

– Что вы имеете в виду? – спросил мальчик у Сумрака, заставив Настю и Димку удивленно замереть на месте.

Они никак не ожидали, что брат вступит в полноценный диалог с безумной альтернативой Рифмователя. – Универсальные ключ-карты обладают дополнительными функциями?

Тогда Лифт рассмеялся.

Не задорно и легко, как обычно бывает при встрече старых знакомых… Тонко, злорадно и неприятно. Девочку от этого скрежещущего смеха бросило в дрожь, а Димка уронил ботинок, который собирался натянуть.

– Вы, мнящие себя спасителями человечества, ничего не знаете про Багряный Протокол? – вкрадчиво осведомились динамики кабины, а светильники и люстра совсем потускнели.

 – Так я и думал. Никто в городе, кроме избранных Лифтов и Смотрителей, не знает этой тайны…

Настя медленно, как во сне, повернулась к братьям. Девочка шестым чувством (со временем оно проявляло себя все сильнее) ощущала, что добром этот странный разговор с расслоившейся личностью не закончится. Но Витя, заинтригованный и поглощенный новой загадкой, уже стоял возле пульта управления кабиной.

– Хватит! – тусклый голос Рифмователя снова пробился через смех Сумрака. Преодолевая сопротивление соседа, он едва слышно продекламировал сквозь помехи и шум: – Есть тайны на свете, что трогать не смей – к могиле ведут те дороги; и если проснется серебряный змей, беда будет ждать на пороге…

На этом фраза оборвалась, словно Сумрак каким-то невидимым усилием окончательно загнал поэта в темницу цифровой души.