Загадка белой обезьяны

 – Почему все упорно думают, что оно у нас есть?

– Послушай, ты, сухопутная крыса! Я пират. И не какой попало, а сам капитан Мольбригг, которого все боятся. И я забочусь о репутации. Я граблю суда с самого детства, а в это время года банкиры и прочие богатеи обычно проплывают мимо с бочками, доверху набитыми золотом. Если вы не богаты, то да, тогда нам от вас нет никакой пользы, и значит, вам ужасно не повезло. Пойдёте прямой дорогой к акулам!

– Мы не богатые банкиры, – заговорил Тимми. – Мы команда ниндзя.

Мольбригг расхохотался.

– Ниндзя? Но вы же всего лишь жалкие маленькие зверюшки. Не поймите меня неправильно – в моей команде много отличных зверей. Эстер, например, пантера. Она – один из моих лучших воинов. Но, как вы наверняка заметили, эти звери побольше вас будут. А что может маленький котёнок? Да к тому же котёнок-ниндзя? Из всех зверей на семи морях вы выбрали стать именно ниндзя? И, что совсем грустно, с налобным повязками? Все знают, что ниндзя неуклюжие, голова у них соломой набита, и к тому же они все преступники!

Последнюю фразу он закончил с такой широкой ухмылкой, что зубы сверкнули при слабом свете свечей – видимо, он остался очень доволен своими словами.

Но на этот раз Флорес не смогла промолчать. Прежде чем Тимми успел её остановить, она разразилась таким потоком брани, что родители Матильды поскорее зажали дочери уши:

– Ты убогий, заросший, дремучий, скудоумный, разнарядившийся в пух и прах, потный, вонючий, надутый, одноногий жалкий маленький пират!

Она перевела дух и продолжила:

– Ниндзя, чтобы ты знал, самые крутые, самые ловкие, самые умные, самые опасные воины во всём известном мире.

Тимми был искренне удивлён (и немного польщён) такой горячностью Флорес в том, что касалось ниндзя. Ему всегда казалось, будто она считает, что они в своих чёрных костюмах выглядят нелепо. Однако он увидел, как лицо Мольбригга почернело и как в его глазах зажёгся огонь, которого раньше не было.

– Ах вот оно как! – заявил он ледяным тоном. – Тогда вам придётся доказать это, сухопутные крысы. Придётся нам раз и навсегда разобраться, кто сильнее. Дуэль. На рассвете.

К ужасу Тимми, произнося последние слова, Мольбригг ткнул пальцем именно в него. Словно бы он, а не Флорес оскорбил его пиратскую гордость. В панике он посмотрел на Флорес.