Загадка закрытого люка

Потом постоял возле телефона. Потом еще немного побегал. Но скоро это ему окончательно надоело. «Чем бы еще заняться?» – в полной растерянности подумал мальчик. До сих пор ему еще ни разу в жизни не приходилось мучиться ожиданием. Теперь он постигал все тяготы этого состояния.

Женька включил телевизор, но не мог сосредоточиться ни на одной передаче. Даже детективный фильм его совершенно не увлек. Потом Женька вспомнил, что после школы у него во рту еще не было маковой росинки. «Пойду съем бутерброд», – с этой мыслью Женька направился на кухню.

На плите стояла сковородка с котлетами. Рядом Женька обнаружил записку, которую оставила мать: «Котлеты тут. Картошка рядом в кастрюле. Разогрей и съешь».

– За дурака она меня, что ли, считает? – возмущенно пробормотал мальчик. – Будто я сам не вижу, где стоят котлеты с картошкой. А разогревать вообще глупо. Холодное вкуснее.

Отрезав кусок белого хлеба, Женька сунул его в тостер, чтобы сделать гренку. Тостер не включился. Мальчика это даже обрадовало.

– Та-ак, – потер он руки. – Сейчас разберем, починим, а там Лерка уже позвонит. – Достав из шкафа набор отверток, он взялся за дело. Тостер разбирался трудно. Вроде винтики все уже выкручены, а корпус не открывается. Женька решил нажать посильнее. Корпус раскрылся. По полу кухни запрыгали какие-то пружинки. Мальчик бросился их собирать. Затем разложил вылетевшие детали на кухонном столе. Сперва он внимательно их изучал. Затем оглядел раскуроченный тостер.

– Кажется, отсюда и выпасть нечему, – наконец с озадаченным видом пробормотал он.

Поразмыслив еще немного, Женька окончательно утвердился в своем суждении. Он пришел к выводу, что выпавшие детали были не только лишними, но и вредными. Именно из-за них тостер и отказался поджарить Женьке гренку.

Без пружинок тостер собрался очень легко. Закрутив последний винт, Женька с большим удовлетворением оглядел плод своего труда. «Интересно, кто наложил туда столько всякой дряни? – Он покосился на лишние детали.

Женька подключил тостер к розетке и, снова засунув в него хлеб, опустил рычаг вниз. Раздался щелчок. Из тостера полетели синие искры. Затем вырвалось пламя. Свет в кухне погас. Пламя тоже унялось. Зато с лестничной площадки послышались разъяренные женские голоса.

Мальчик подошел к входной двери, прислушался. Голоса ему были знакомы.