Загадка закрытого люка

А для этого Лешка должен был ей показать несколько важных приемов.

Через несколько дней Моя Длина вполне освоилась. Она не только сносно ходила на роликах по школьной лестнице, но и, в случае надобности, выезжала отвечать к доске. Андрей Станиславович воспринял новшество с философским спокойствием. Пройдя афганскую войну, он знал, что бывают вещи и пострашнее.

Несмотря на уроки Пашкова, Школьникова чувствовала себя на роликах пока весьма скованно. И из-за этого меньше обычного награждала классного руководителя томными взглядами и влюбленными вздохами, которые приводили того в крайнее замешательство.

Другие преподаватели тоже привыкли к выходкам бурного содружества «В», и двое на роликах их особо не волновали. Исключение составлял пожилой, огромный и лысый учитель литературы Роман Иванович, славившийся своим занудством у нескольких поколений питомцев две тысячи первой школы. Когда Школьникова, размахивая для равновесия руками, выехала отвечать урок, у Романа Ивановича от возмущения даже покраснела лысина.

– Немедленно отставить ролики! – прогудел он басом. – Российский школьник должен вести себя по форме!

– По какой форме, Роман Иванович? – ничуть не смутилась Школьникова.

– Ну… – замялся старый учитель.

Эта девочка вечно ставила его в затруднительное положение. И впрямь, по какой форме современные ученики должны стоять перед учителем?

«Эх, – вспомнил с тоской Роман Иванович молодые годы. – Вот когда я начинал педагогическую деятельность в Суворовском училище, там подобных вопросов не возникало».

Моя Длина, почувствовав, что Роман дал слабину, быстро сказала:

– Что же мне, босиком к доске выходить?

– Ладно, Школьникова, – ушел от ответа учитель. – Отвечай урок.

В общем, Мою Длину и Пашкова оставили в покое до той самой поры, пока однажды во время большой перемены не разразилась настоящая катастрофа.

Отсидев два урока математики, девятый «В» дружной толпой устремился к буфету. Пашков и Моя Длина вырвались вперед всех. Это было существенное преимущество.

Теперь они окажутся первыми в очереди. Притормозив у поворота на лестницу, Моя Длина уже собиралась спуститься на второй этаж, когда вдруг боковым зрением углядела в коридоре Андрея Станиславовича. Она обернулась. Роликовый конек попал на ребро ступеньки. Девочка вскрикнула.

Пашков все видел.

– Держись, Машка! – кинулся он на помощь.

Но еще раньше, чем он поспел, Моя Длина ухватилась за Романа Ивановича. Тот, ничего не подозревая, направлялся в учительскую.