Загадка исчезнувшей пумы

Итак, я окунула кисточку в порошок и слегка провела ею по карандашу: проявились несколько неполных отпечатков. Это определённо были пальцы взрослого человека.

– Это, что ли, папины отпечатки? – тут же спросил Хрустик. Он сидел рядом, положив локти на стол и упираясь подбородком в руки. Фредди разлёгся у него на голове меховой шапкой.

Я проигнорировала его слова и вернула карандаш на место.

Золотистый значок был очень многообещающей уликой. Он был изогнут в виде витиеватой буквы М.

– Имя нашего подозреваемого может начинаться на М, – сказала я, разглядывая значок.

С помощью увеличительного стекла из шпионской жилетки я изучила обратную сторону значка. Там зацепилось несколько волокон бежевого пуха. – И он, возможно, носит куртку на бежевом пуху.

– Морфей! – Хрустик так и подскочил на месте, и Фредди пришлось вцепиться ему в волосы, чтобы не упасть.

– Малярия, менингит, морковь, моллюск, – бормотала я, стараясь припомнить как можно больше слов на М (хотя я ещё не дочитала словарь до этой буквы).

– Морфей носит бежевую шерсть!

– Морфей – пони и ничего не носит, пока ты снова не наденешь на него трусы!

Хрустик лишь пожал плечами.

– Но попытка была хорошей. – Я заставила себя улыбнуться. – Пони похищает котёнка пумы. – Я покачала головой. Иногда мне кажется, что мой брат малахольный – ещё одно слово на М. – А вот эти очки я где-то видела, – и я подняла розовые пластиковые очки от солнца.

– Правда? – Хрустик протянул руку.

Я отдёрнула улику.

– У них на дужках – чёрная резинка, – и я изучила резинку.

Фредди, как будто желая нас предупредить, прыгнул к двери и пукнул.

На кухню ворвалась мама с телефонной книгой в руках.

– Не могу его отыскать, – и она ткнула книгой в сторону брата. – Персей Шерон О’Рурк, куда ты дел Аполлона? – Интересно, почему родители называют нас полным именем, только когда сердятся? Ничего удивительного, что никто не любит свои имена.

– Никуда. – Хрустик спрятал лицо в шубке Фредди.

– Кассандра Урания О’Рурк.

Я сердито поморщилась.

– Ты забыла запереть дверцу клетки, когда кормила его утром?

– Нет! – И как она только могла вообразить, что я такая беспечная?

– Ты же вечно грезишь наяву. Ты уверена?

– Да, я уверена. – Я стиснула зубы.

– Час прошёл. – Мама потянулась к телефону.

– Только не звони в Охрану животных! – Я снова чуть не разревелась.