Загадка неуловимого доктора

– А вдруг Гоша просто погуляет, а потом сам вернется? – надеялась на лучшее Таня.

– Ну, ты, подруга, даешь! – хохотнула Моя Длина. – Кому же охота обратно в тюрьму возвращаться.

– Только бы он не наведался к Алевтине, – вновь завел свое Темыч.

Остальные невольно поежились. Химичка Алевтина Борисовна была женщиной крайне нервной. В довершение ко всему она панически боялась мышей и тараканов. А искусственный паук, которого Лешка Пашков однажды в качестве очередного эксперимента опустил с потолка на тонюсенькой ниточке прямо перед носом учительницы, довел ее до глубокого обморока.

Поэтому Компании с Большой Спасской страшно было даже подумать, чем обернется встреча Алевтины с хоть и маленьким, но настоящим удавом.

– Главное, Алевтина ведь может не разобраться, что это просто обыкновенный удав, – сказал Лешка. – Примет Гошу за какую-нибудь ядовитую гюрзу.

– И от страха отбросит сандалии, – с таким видом проговорил Темыч, словно сие прискорбное событие уже свершилось.

– Ты лучше скажи, куда этот идиот Гоша мог удрать? – повернулся к нему Лешка.

– Куда угодно, – ответил обстоятельный Темыч. – Не забывайте, что школа у нас вся дырявая и трухлявая. Того гляди вообще рухнет.

Это не было преувеличением. Еще довоенное здание две тысячи первой давно нуждалось в капитальном ремонте. Денег государство не выделяло. И как говорил доблестный заместитель директора Арсений Владимирович, «вся эта постройка целиком держится на моем личном энтузиазме и моих личных нервах». Директор и заместитель директора, всеми правдами и неправдами отыскивая спонсоров, ремонтировали школу по частям.

Но пока приводили в порядок одно, начинало рушиться другое. Поэтому бывший кадровый офицер Арсений Владимирович приравнивал свою работу в две тысячи первой к боевой обстановке.

– Тут не то что удав пролезет, – продолжал Темыч. – Помните, что в прошлом месяце с физиком было?

Эти слова были встречены дружным хохотом. Дело в том, что физик, зайдя в учительский туалет помыть испачканные мелом руки, вмиг очутился этажом ниже.

И не один, а в обнимку с раковиной. По счастью, нижний туалет был тогда совершенно пуст. Так что физик отделался легким испугом да отдавленной ногой, на которую, как он объяснял позже, «наступила ножка от раковины».

– Теперь, надеюсь, всем ясно, что Гоша мог уйти из биологии в любом направлении? – исподлобья посмотрел на друзей Темыч.

– Нам надо знать, в каком, – пробасила Санька.

– Тогда сделаем так, – начал Олег.