Загадка сорвавшейся встречи

В частности, именно лев Донателло.

– В отличие от Льва-в-квадрате, который совершенно подлинный, – перебила ее Варя.

– Не смешно, – отрезал Герасим. – Лучше давайте думать, что предпринять.

– А что ты предлагаешь? – Марго посмотрела на него огромными черными глазами.

– Я, естественно, предлагаю выяснить, в чем суть этой встречи, – с важностью отозвался Герасим.

– И как же наш дорогой Мумушечка собирается это выяснять? – вкрадчиво осведомилась Варвара.

– Разумеется, пойдем в Пушкинский музей, – с апломбом изрек Герасим.

 – Явимся туда в назначенное время и все сами услышим.

– Ума палата! – вмешался Иван. – Ты хоть подумал, кто и с кем завтра там встретится? Ведь настоящему Павлу не дозвонились.

– Ну и что, – ничуть не смутился Муму. – Павла не будет. Зато второй явится. И мы на него посмотрим. А по возможности и проследим, куда он из музея попилит. Глядишь, и выйдем на след чего-нибудь.

– Очень понятно, – не удержалась от нового выпада Варя.

– Погоди, – жестом остановил ее Луна.

 – Конечно, на след чего-нибудь мы просто так вряд ли выйдем. А вот если попытаемся понять, что эти типы замышляют...

– Уж наверняка ничего хорошего, – перебил его Герасим.

– Нехорошего, Герочка, бывает много, и оно очень разное, – весьма логично отметила Варя.

– Вот именно, – кивнул Луна. – Зачем они встречаются в Пушкинском музее?

– Говорю же вам: картину хотят спереть, – вновь начал отстаивать собственную версию Герасим.

– Прямо завтра? – повернулась к нему Варвара.

 – Вот так. Придут. Обменяются своим паролем. И свистнут картину безо всякой подготовки.

– Почему без подготовки? – не сдавался Муму. – Может, у них разделение труда. Одни готовят, а другие воруют.

– Папа решает, а Вася сдает! – пропела Варя.

– Интересно, ты можешь хоть что-нибудь в этой жизни воспринимать серьезно? – Герасима охватило негодование.

– Могу, но не всякие глупости, – мигом нашлась Варвара.

– Интересно, почему это как только я что-нибудь говорю, то это обязательно глупости? – возмутился Герасим.

Худое скуластое лицо его приняло агрессивное выражение.

– На этот вопрос, Мумушечка, можешь ответить только ты сам, – с подчеркнуто кротким видом развела руками Варя. – Глупости-то твои, а не мои.

– Р-резонный вопр-рос, – послышался голос Птички Божьей, и он гордо вошел в гостиную.

– И этот туда же! – с ненавистью уставился на попугая Муму. – Перепелка фаршированная!

– Скорей перепел! – расхохотался Иван.