Загадка черного призрака

Из вас случайно никто не видел, чего она испугалась?

– Не-а! – охотно вскочил с места Лешка Пашков. – Мы сами все удивились. Алевтина Борисовна проводила опыты. Вдруг как шарахнется. Реактивы и загорелись. Ну, я за огнетушитель.

– Вот об этом и надо поговорить, – осуждающе посмотрел на него директор. – Пример Пашкова в данном случае поучителен. Мне хотелось бы, чтобы он для всех вас послужил хорошим наглядным уроком.

Пашков побледнел от страха. Только что всем казалось, что опасность позади. И вот выходит, директор все-таки вычислил Лешку.

– Так-так, Пашков, – подтверждая самые худшие опасения класса, нахмурился вдруг директор. – Нехорошо. Ты создал опасную ситуацию, которая угрожала всей школе.

Лешка еще сильней побледнел.

– Но я же не… – принялся лепетать он.

– Подожди, – перебил директор. – Я тоже думаю, ты не нарочно. Вполне допускаю, что, может быть, даже из самых благих побуждений.

Пашков сжался. Втянул голову в плечи. Теперь ему было ясно: больше надеяться не на что.

– Из самых благих побуждений, – повторил Михаил Петрович, – но чтобы ты на всю жизнь запомнил, Пашков! – крикнул вдруг он.

 – Никогда не пользуйся огнетушителем в химическом кабинете! Там же химреактивов полно! Вы вообще все взорваться случайно могли! Или сгореть. В другой раз лучше беги вызывать пожарных!

Директор ужасно разволновался. По классу прошелестел вздох облегчения.

– Михаил Петрович, – сказал Лешка Пашков, – но вы же ведь сами огнетушителем…

– Знаю, – досадливо отмахнулся директор. – Тоже сразу не сообразил.

Поэтому я, Пашков, не только на твоем, но и на своем примере предупредить пришел: поведение наше с тобой было неправильным. Химические реактивы очень опасная штука. Их только настоящий специалист должен тушить. Ну, у меня все. Отдыхайте.

И директор поспешно вышел из класса.

– Порядок! – тут же извлек из пакета плеер Пашков.

Он нацепил наушники и отправился на третий этаж в буфет.

– Есть пойдем? – посмотрел Олег в коридоре на четверых друзей.

– Вообще-то хочется, – отвечал за всех Женька.

Никто, впрочем, не собирался ему возражать. После перенесенных волнений все вдруг почувствовали жуткий голод.

– Может быть, ты нам в буфете расскажешь, Олег? – предложила Таня.

– Посмотрим по обстоятельствам, – отозвался тот. – Не хочу, чтобы кто-нибудь нас подслушивал. Дело очень серьезное. Мне самому пока с трудом верится.

– А давайте сперва поедим в буфете, а потом вообще смоемся, – предложил Женька. – Теперь ведь можно.