Загадка Четвертого Антрума

От последней дико страдала Лара: насморк, зуд и покраснения наносили видимый урон ее неземной красоте.

Поэтому продукты мы покупали в сельпо: окоченевшие окорочки, скользкие сосиски и скрюченные вялые огурцы. Молоком снабжала нас бабушка Йовга, медом – хозяйственный Добрынин. Из леса приносили грибы и ягоды, но питаться только дарами природы, как древние люди, дедушка и Лара не желали. Так что ярмарка по вторникам была очень кстати.

После завтрака дедушка погнал нас за мясом и картошкой.

По дороге я решила поделиться с сестрой своим открытием.

– Ларка, а я знаю, где нужно искать клад, – я пыталась говорить спокойно, но голос предательски дрожал. – Сказать?

– Рискни, – равнодушно откликнулась та, осторожно обходя коровьи кизяки, кучно устилавшие дорогу.

– Ты знаешь, сегодня ночью я еще раз обдумала все эти рассказы про старинные скарбы, всякие там меловые сосны и геопатогенные зоны, затем мысленно соединила чертеж на закладке и твой елочный шар, и меня осенило…

– Ну-ну, и чем в этот раз? – Ларка подозрительно уставилась на меня.

– Похоже, что этот грязный клочок карты приведет нас к закопанному кладу беглого Мазепы! Тому самому, что ищут триста лет!

– Почему Мазепы, а не Кочубея? – изумилась Лара и тут же проявила потрясшую меня логику. – Если бы спрятал Мазепа, откуда тогда шары? Ведь завода при нем еще не было? Не было! Это же Кочубей «фабрику плавильную об одной печи» построил.

Я на минуту зависла, но быстро нашлась, не собираясь так легко отказываться от такой привлекательной идеи:

– Не думаю.

Вспомни, как бабушка Йовга пересказывала местную легенду о том, что именно Мазепа закопал в нашем лесу клад. Между прочим, все накопленные богатства он носил всегда при себе в деревянной бочке. Задумав позорное бегство, Мазепа легко мог спрятать в укромном уголке дремучего леса награбленные у простого народа сокровища, пометил каким-то образом место и удрал в свою Швецию. Но собирался вернуться. Правда не успел и помер, а наследников не оставил. Короче, унес свою тайну в могилу. Но свидетели-то остались. Кто-то из рабочих решил выдуть специальный шар с зашифрованным местом клада чтобы попозже откопать, когда разговоры о кладах утихнут и войны закончатся.

Я остановилась, чтобы промочить горло в ближайшем колодце и вдохновенно продолжала:

– А семья этого рабочего жила в нашем доме. Ведь он старый-престарый.