Ворон

Не дергайся! – прошептал Ворон у самого моего лица, щекоча кожу обжигающим ментоловым дыханием.

– Отпусти-и…

Едва произнеся это, ощутила, как к моим губам прижалась горячая влажная ладонь. Она пахла кровью и детским мылом. Вот такое вопиюще неправильное сочетание заставило пульс гудеть под кожей еще отчетливее.

И зачем только переступила порог этого дома?!

– А ведь я могу быть очень гостеприимным хозяином. М-м?

– Ты все неправильно понял… Отпусти! – перебирала дрожащими пальчиками складки на юбке, ощущая себя добычей, загнанной в угол.

А в том, что этот парень способен меня «сожрать», отпали последние сомнения.

– Ну так объясни для тупых.

Внезапно Воронов ослабил захват на моей шее, а потом и сам отпрянул, оставляя мне место для маневра.

Поспешив развернуться, я гневно прищурилась, стараясь вложить в свой взгляд всю злобу, на которую только была способна, лишь бы он не заметил, как дрожат коленки.

– Так зачем пришла? – в его глазах парня не отражалось ни единой эмоции.

– Я всего лишь хотела предложить свою помощь.

Вдруг нужно сходить в аптеку… Хотя все-таки лучше вызвать скорую… – поморщилась, разглядывая его увечья.

– Помощь?! – Воронов ухмыльнулся, смерив меня с ног до головы снисходительным взглядом. – Никто никому ничего не должен. Мелкая, беги в школу.

Однако моя злость почти сразу трансформировалась во вселенскую жалость: лицо одноклассника с каждой минутой все сильнее опухало, а синяки «расцветали». Ему просто необходим был медицинский осмотр!

– Это правда.

Но ты забываешь про поступки нормального человека с правильными ценностями. Да и… не очень-то хочется жить с разлагающимся трупом по соседству.

Воронов нахмурился. Его взгляд был прикован к моему лицу, и мне стало трудно дышать. На некоторое время между нами установилась гнетущая тишина, как вдруг хозяин дома запрокинул голову и хрипло рассмеялся.

– Какая ужасная актерская игра!

Он стянул толстовку и бросил ее к своим ногам. Я неосознанно отступила на шаг, стиснув кулачки.

Не знаю, какого эффекта добивался этот упрямый придурок, но волна жалости в груди вмиг стала штормовой, захлестнула меня отчаянием. Его тело… Его пышущее жаром мускулистое тело выглядело как плохо прожаренная отбивная. Кровь сочилась из многочисленных ссадин и ран.

– Что с тобой произошло, Кирилл? – еле ворочала онемевшим языком.

– Хватит строить из себя святошу. Я сразу тебя раскусил. Ищешь приключений? Поверь, даже в таком состоянии я могу тебе их устроить.