Закон популярности

– А его нет, – отозвался бесхитростный Когтев.

– Дома отсиживается? – Лицо Наташки Жеребцовой из «А» было полно презрения. – За мамочкиной спиной прячется?

– Это кто прячется? – начала подниматься толстая Марго.

Дальше все заговорили и закричали одновременно, толпа повалила в коридор, и он тут же оглох в общем гвалте.

Под общий шум Курбаленко подобралась поближе к стоящей в сторонке белобрысой Юльке Наумовой из параллельного. С Павлом Быковским у нее были свои отношения. Он ей нравился. А самому Павлу нравилась Лера Гараева из «А».

Но Гараева уехала в свою родную Махачкалу сразу после праздников, и, как надеялась Лиза, если не навсегда, то хотя бы надолго.

– Дурдом! – в сердцах выругалась она, делано хватаясь за щеку. – Весь день шумим. Уже голова болит. К нам с утра прибегала мамаша Быковского, о чем-то шепталась с Червяковым.

– Дошепталась, – зло процедила Юлька.

– Чего хочет? – осторожно подвела к нужной теме Лиза.

– Чтобы Павел не общался с Гараевой.

– Ничего себе! – ахнула Курбаленко.

 – Чего это она?

– Считает, что Павла побили из-за Лерки, – голос у Наумовой был скучающий. – И вообще она против того, чтобы он общался с черномазой.

– С кем? – не поняла Лиза.

– Ну, кто она там – чеченка, дагестанка? – лениво тянула Юлька. – Дикая, короче.

– Ну да, дикая, – медленно согласилась Лиза, вспоминая одно давнее дело, когда ей пришлось иметь дело с Гараевой. Тогда она Леру посчитала даже не дикой, а сумасшедше[1 - Историю эту читай в книге Елены Усачевой «Три желания для золотой рыбки» из серии «Школьная история».

]

– Вот это сюжетец! – за спиной Курбаленко вырос Васильев. – Ромео и Джульетта forever. Этот придурок еще бы в Махачкалу собрался поехать.

– А он и собрался, – хмыкнула Наумова, но тут у них за спинами поднялась новая волна шума, взвизгнула Ксюша. Васильев метнулся на крик, но успел заметить только, как Рязанкина впечатывается спиной в стену и сползает на пол.

– Быстро! – крикнула Наташка Жеребцова, увлекая за собой Наумову.

Она первая сообразила, что ничего хорошего из этого падения не выйдет.

– Эй, ты чего? – еще пытался оправдаться Махота, но поднявшиеся шум, грохот переворачиваемых парт и стульев заглушили его слова. Все кинулись врассыпную. Кто-то за кем-то бежал. Кто-то кому-то что-то доказывал. Завизжали малыши. В сутолоке задели учительницу начальных классов.

Настойчивый звонок не смог вернуть школе привычную тишину. Третий этаж был похож на растревоженный улей.