Закон популярности

Не станет он что-либо делать под чужим присмотром!

Но она осталась на четвертом, и Васильев заспешил вниз.

Наверняка в кабинете его ждал какой-нибудь невинный результат – средний уровень интеллекта, способности такие-то, характер нордический, темперамент устойчивый… и подобная фигня. Но втайне он надеялся на что-нибудь фееричное. Что исследование вскрыло в нем феноменального гения или кровавого маньяка. Андрюха совсем забыл, что отвечали все на невинный вопрос, кто с кем дружит, поэтому тест не может дать такие итоги.

Дверь оказалась не заперта, но это было уже и неважно. Он неожиданно почувствовал себя уставшим. Столько возни с этой батареей, волнения первого дня четверти. Надо было бежать домой.

В узком кабинете стоял стол, вдоль стен с двух сторон стулья и низкий комод с не в кассу лежащей здесь плюшевой игрушкой, маленькой невзрачной лохматой собакой.

Стол был пуст. Васильев покрутился вокруг, не сразу вспомнив, что искать надо в ящиках.

Пусто, пусто, пусто… Ага, вот!

Ворох бумажек со знакомыми именами и фамилиями, из-под низа торчит большой лист. Результат.

На белоснежном пространстве был нарисован круг, по нему раскиданы разноцветные точки – зеленые, красные, черные… Рядом имена.

Ниже шел столбец с фамилиями, и напротив каждой какое-нибудь словосочетание. Чаще всего встречалась фраза «замкнутая система».

Его фамилия была написана черной ручкой, и рядом с ней стояло три восклицательных знака.

– Что это?

Он не слышал, как Ольга Владимировна вошла, но почему-то был уверен, что она уже в кабинете.

– Ребята писали, кто с кем дружит, или хотел бы дружить, или кому доверяет. Когда трое указывают друг на друга и больше их никто не выбирает, то это называется «замкнутая система». Это не очень хорошо, ведь получается, что больше эти ребята никому не интересны.

– Что это? – Андрюха ткнул пальцем в свои восклицательные знаки.

– Кого назвали больше всего, считается «звездой», – Ольга Владимировна упорно игнорировала вопросы Васильева. – «Звезд» у вас в классе двое. – Андрюха на секунду задержал дыхание, готовясь к тому, что назовут его и, может быть, Быковского. – Беленькая у девочек и Гребешков у мальчиков.

– А я кто? – Васильев забыл выдохнуть и закашлялся.