Тебе не скрыться от меня

– Что не так? – она реально начинает меня выводить из себя. Вообще, у нее сейчас такое самодовольное лицо, словно она королева положения и всё знает, а я, мелкий червяк, – ничегошеньки! И это бесит больше всего.

– Вы, красавчики, думаете, что всё знаете, раз почти каждая «дает». А на самом деле это не так.

– Да что ты? Как интересно. Не поведаешь секрет? И кстати, без «почти», – подмигиваю ей.

– Ха! Ты бы ее не узнал! Вернее, ты ее уже не узнал, – делает она ударение на «уже», – хотя видел.

– Она сидела в первых рядах, а я прошел мимо, не поняв, кто это?

– Нет, она та, что кричала на весь салон твое имя.

– Что?! Вот эта страшненькая девчонка, в ужасной кепке, очкастая, и была Лили?!

– Да-да, тебя провели, как маленького сосунка, ха!

Будь она пацаном, врезал бы за такие слова этой стерве. С трудом взяв себя в руки, сжимаю кулаки и пытаюсь подавить свою ярость. Поведение Лили и то, как разговаривает со мной эта стюардесса, невероятно злят.

– Так. С этим разобрались. Что еще ты знаешь? Например, фамилию, возраст, где учится.

– Нет, этого ничего не знаю.

– Тогда что еще?

– Больше ничего мне о ней не известно. Всё, давай еще штуку, и я пошла.

Она протягивает ко мне руку ладонью вверх.

– Да та инфа, которую ты мне поведала, даже на одну штуку не тянет! Но я щедрый сегодня. Забирай ее и вали.

– Ты мне обещал дать еще одну штуку баксов!

– А ты мне обещала инфу, но ее нет. Кроме имени – ничего.

В данный момент она меня ненавидит, и эта ненависть читается в ее глазах.

Но мне всё равно. Я тоже терпеть не могу таких, как она. Ради легких денег предаст любого, при этом еще и захочет продемонстрировать свое превосходство над тобой. Хотя этого превосходства нет и быть не может.

Внезапно пах простреливает яркая боль, заставляя сложиться пополам, а в глазах темнеет.

Дрянь! Она ударила меня между ног! Меня!

– Урод самовлюбленный! – слышу ее удаляющийся голос, когда она очень быстро направляется к выходу.

Беги, с*ка, беги. Не то, если найду, ты мне за это ответишь!

Когда боль проходит, спешу на улицу, к Тёме.

Он стоит у выхода и курит сигарету.

– Эй, чувак! Ты что такой красный? Видел я, как твоя цыпочка убегала. Бросила, и ты из-за этого страдаешь теперь?

– Тём, заткнись! И так тошно.

– Что случилось-то?

– Ничего. Поехали, тетка, наверное, уже заждалась.

– Да, уже пару раз мне звонила.

– Где машину оставил?

– Пошли, Казанова хренов.

– Слышь, Малой, я и ударить могу за такие слова.