Каменное сердце

 – Он уже месяц таскает меня по свету от приключения к приключению, от колдуна к колдуну, от беды к беде, от пытки к пытке… Он половой шовинист и садист…

Девушка отступила, отдернула руки, попятилась еще дальше:

– Он убийца и злодей, люди! Он морил меня голодом, он бил меня и насиловал, он бросал меня в пропасть и стрелял из ружья. – Она закрыла лицо руками и сорвалась на визг: – Он хочет снова утащить меня с собой! Не хочу в пропасть! Не хочу собаками! Убейте его, убейте, убейте!

– Ты чего, Ро…

– Убейте! Скорее, скорее! Или он убьет всех, всех, всех! – Она кинулась бежать, упала возле дальнего костра и забилась в припадке среди закопченных камней.

– Ничего себе, козья рожа… – пробормотал вконец опешивший ведун и двинулся за спутницей.

– Стой, куда! – истерично завопила шаманка. – Держите его, он душегуб! Он враг богов и их гласа!

– Только без нервов! – развернувшись, вскинул перед собой руки Олег. – Девочка немножко не в себе. Мы разберемся сами.

– Джайло! Охрамир! – Шаманка затрясла посохом над головой.

– Кто ты такой, проклятый кулой? – схватился за рукоять меча старейшина. – Ты так ни разу и не назвал своего имени! Ты скрываешь его.

Джайло-Манап осторожно подступал спереди. Справа, перехватив посох посередине, подкрадывался Охрамир, остальная толпа здешних батыров застыла слева. Сути происходящего они пока не понимали – прослушали, видать, пока бражку делили.

– А меня нельзя убивать, – передернул плечами Середин. – У меня на левой ноге охранная татуировка. Вот, смотрите…

Правую ногу он отставил назад, чуть сместил туда же вес тела, наклонился, ткнул пальцем себе в голень.

– Какая еще охра… – Джайло-Манап подступил, тоже наклонился… И тут же получил удар ногой в челюсть: размашистый и сильный. Старейшина не просто отлетел назад – его подбросило немного вверх, и он грохнулся на спину прямо перед Олегом.

– Я же предупреждал, – ведун вытянул у него из ножен меч, – на ноге у меня охранное заклятие.

Он покачал клинком, пытаясь смотреть сразу во все стороны. Но на площадке святилища никто не двигался, словно остолбенев от неожиданности. Легкими шагами Середин отступил к ближайшему костру, левой рукой ухватился за костяшку, правой одним быстрым вращательным движением отсек окорок от туши и тут же жадно вцепился в него зубами. Мясо было сочным и горячим, почти несоленым, но тем не менее – сказочно вкусным.