Бремя богов

 – Думаю, ты подарил мальчишке самую горячую ночь любви в его жизни! После всего увиденного его девчонка просто обязана стать его верной и страстной принцессой! Она ведь не знает, что все это сделал ты!

И Ирина поцеловала своего ученика снова.

– Замолчи! – неожиданно потребовал Золотарев.

Девушка замерла – и молодой человек, перехватив практикантку за плечи, жадно и крепко, словно в рыцарских романах, приник к ее губам. Так жадно, что у Ирины даже закружилась голова.

Ненадолго оторвался, сказал:

– Как же это, оказывается, приятно! – и снова закрыл губы крепким поцелуем.

– Что это было? – тяжело дыша, спросила Ира, когда объятия молодого человека наконец-то разжались.

– Не могу объяснить, но мне очень понравилось, – признался Золотарев. – Пожалуй, это даже лучше, чем рассветная медитация. Теперь позволь, я сверну коврик невидимости.

– «Рассветная медитация»… – отступив, повторила девушка, словно пробуя сравнение на вкус. – И чем она лучше вечерней?

– Тем же, чем твой поцелуй лучше материнского, – ответил паренек, пряча кусок плащовки в карман.

– Это почему? – моментально вскинулась Ира.

– Потому, что ты не способна поцеловать саму себя! – прихлопнул карман Степан и быстро чмокнул спутницу в кончик теплого розового носа. – Уже поздно. Я тебя провожу.

– Мне грозят какие-нибудь «экстремумы»? Ты меня считал?

– Не грозят, – покачал головой молодой человек. – Но если ты не против…

– Я не против, – улыбнулась девушка, закинула руки ему за шею и снова крепко поцеловала.

– Ты в меня наконец-то поверила, Ирина? – уточнил трехкратный второгодник.

– Не очень, – мотнула головой девушка. – Но мир, полный магии, оборотней, любви и чародеев, пожалуй, получится намного интереснее, чем вселенная сухих правил, гормонов и теорем. Так что я согласна побыть на твоей стороне.

Держась за руки, они вышли на подсвеченную фонарями аллею, повернули влево…

– Эй, гаденыш, а ну стой! Стой, тебе говорят!

– Это вы мне? – с искренним изумлением оглянулся Золотарев.

– Сюда подошел, шкет! – немного пришедшие в себя пьянчужки явно жаждали реванша после случившегося позора.

Правда, теперь на ногах стояли только четверо.

– Иришка, подожди, я быстро. – Молодой человек отпустил свою спутницу и направился к ним.