ЗБ

В ЗБ жизнь была, все стены пропитаны чужими судьбами, а в Ховринке мертвый камень. Ребята говорили, что она потому и мстит всем, кто в нее приходит.

– Потому что не достроили?

– Ну да, так и не вдохнули душу. Оттого и погибло там уйма народу, да и в землю она не просто так проваливается. Между прочим, сверху она похожа на знак биологической опасности – «амбре?лла».

– А ваше ЗБ на что похоже?

Я пожала плечами:

– Даже не знаю… Кто-то говорит, что это гигантская буква «Ч». Ну и, понятно, тоже придумывают всякие пугалки: «ЧП», «Чертовщина», «Чудо», «Нечто чрезвычайное»… Но мне, если честно, ЗБ всегда напоминало корабль.

– Получается, мы с тобой сейчас на дне?

– Во всяком случае, не в городе – это точно…

– Не в городе? – Лиза, поежившись, огляделась. – Ты говорила, здесь всегда кто-нибудь ходит.

– Ну да, мы с тобой и ходим, разве нет? – я заглянула в проем между перилами. – Хотя и впрямь странно. Я уже на крыше это заметила. Тихо, никто не верещит, не мешает…

Мы прошли еще двумя коридорами, свернули в главный корпус.

– Говорят, если сунуть туда голову и долго прислушиваться, то можно услышать голоса погибших в больнице.

– А много их здесь погибло?

– Никто толком не знает. Только когда в шахту упала девочка, возле главного входа камеру установили. И еще несколько снаружи повесили.

– Значит, нас тоже могут увидеть?

– Это если мы через центральный вход вздумаем выбираться, но мы другой дорогой пойдем.

Я показала Лизе конференц-зал, превращенный в настоящую галерею. Стены этого зала украшали десятки черно-белых и цветных картин, перемежаемых вызывающими надписями. Прямо с галереи, минуя одну из недавно установленных камер, по длинному балкону провела гостью к винтовой лестнице. В этом месте я тоже ждала от ЗБ сюрпризов. Увы, ничего не случилось: мы беспрепятственно вышли к черному зеву подвального помещения.

– Вот и главный спуск в больничные подвалы. Только туда сейчас лучше не лезть: воды по колено, а где и по пояс. Надо либо в сапогах, либо через южное крыло. Но все равно промокнем.

– Тогда лучше воздержимся…

На чудо я почти не надеялась – шла и просто показывала коридоры и палаты ЗБ, обрушенные перекрытия и пролеты. Я ведь давно уже поняла, что у нашего ЗБ, как у всякого природного явления, имелись свои тайные циклы с перемежающейся активностью и затуханием.