Звездные облака. Часть вторая. Система Рыжего карлика

Практику выращивания лекарственных растений и изготовления из них лекарственных средств, а также практику лечения основных болезней Дима усваивал успешно. Посматривая на ряд криогенных камер, он однажды обратился к маме:

– Мам, а давай Николая Григорьевича оживим. Вот удивится, когда увидит меня большим.

– Что ты, сынок. Это дело серьезное и опасное, и делать мы это будем, если придется удачно закончить путешествие.

– А что это будет, когда мы вернемся?

– Это будет огромный мир, где живут миллиарды разных людей, где есть горы, ледники, моря и океаны.

В общем, все, что ты видел на экране своего компьютера.

В оранжереях Ольги Евгеньевны он осваивал агротехнику, разведение рыбного хозяйства, животных, поварское искусство.

Но самым главным учителем у него был Вадим Аркадьевич. Дима часто пропадал с ним у экранов телескопов, наблюдая звездное небо в различных участках диапазона частот электромагнитных волн. Много времени Вадим Аркадьевич уделял Диме, обучая его основам управления ядерным реактором, боковыми двигателями космолета, средствами связи и многому другому.

С большим любопытством Дима наблюдал за ювелирной работой Роба, обязанностью которого было содержать в рабочем порядке все системы космолета. С ним было интересно поговорить обо всем, что придет в голову. Когда они подолгу беседовали, Диме казалось, что он разговаривает с добрым всезнающим человеком, и забывал, что сам он маленький мальчик.

Дима все чаще и чаще выполнял указания командира, постепенно становясь равноправным членом коллектива.

Когда большой, впереди летящий астероид был полностью израсходован, Вадим Аркадьевич принял решение использовать ледяные отрезки малого астероида, летящего сзади космолета. Собрали совещание по поводу дальнейшей судьбы загадочного шестигранника.

– Главная задача, – заявил Вадим Аркадьевич, – не повредить твердую оболочку шестигранника, поскольку неизвестно, что за газовая среда находится под ней.

– Вдруг там антиматерия, – предположил Александр.

 – Вот рванет, так рванет! Всю Галактику тряхнет.

– Во-вторых, – продолжил Вадим Аркадьевич, – еще неизвестно, будет ли шестигранник реагировать на окружающую среду, если мы его затащим в космолет.

После долгих дебатов решили снять лазерным лучом лед слой за слоем, оставив шестигранник в шаре диаметром в шесть метров и укрепив его в верхней части корпуса космолета на небольшой высоте. Видеодатчик от каждой грани вывести на экраны в космолете.