Зверёк и суета вокруг теней

Музыка стихла, но рост уже было не остановить, каждый крошечный корешок стремился наверх, к солнцу, и каждое семечко в земле набухало, впитывая влагу.

А Зверёк, который неуклюже прыгал с ветки на ветку, роняя хлопья снега, похожего на мокрую вату, почувствовал грусть. Кся живёт сегодняшним днём, она радуется мелочам, которые видит вокруг себя, будь то птичьи следы или смешные сонные муравьишки, он же постарается запомнить эту зиму и её холодные, но добрые объятья навсегда.

– Прощай, Зима, – сказал он, расчёсывая усы.

 – И здравствуй, Весна!

Этим утром он, проснувшись, почувствовал, что пора прибраться в норке. Он начал двигать квадратное и катать круглое, и обнаружил за потрёпанной (и чёрной) книгой про Муми-Троллей паучка.

– А, это ты, соседушка? – пробормотал паучок. Он ещё толком не вышел из зимней спячки. – Зачем тебе эта суета? Это в тебе говорят инстинкты. Сопротивляйся им.

Но Зверёк не мог сопротивляться, хотя и не знал точно, что такое инстинкты. Он с ужасом обнаружил, что с многих милых его сердцу вещей начинает отставать сажа.

Чёрный палец с острым когтем, которым, бывало, Зверёк чесал себе спинку, оказался красной перьевой ручкой. Чёрный флаг, что иногда развевался над печной трубой охотничьего домика (это случалось, когда у Зверька было воинственное настроение), оказался наволочкой бежевого цвета с узором из крошечных цветов-васильков.

Паучок был чёрным, поэтому Зверёк не обращал на него внимания до тех пор, пока тот вдруг не хрюкнул от смеха:

– У тебя с хвоста слезла краска.

Немногие знают, что паучки умеют смеяться, но это так. Более того, они довольно смешливые, и, бывает, покатываются над какими-нибудь пустяками. Многие люди путают их смех с мышиной вознёй и ругают ни в чём не повинную кошку, которая слыхом не слыхивала ни о каких мышах.

Зверёк похолодел от страха.

– И какого он теперь цвета?

– Не вижу, – признался паучок. Он понял, что дело серьёзно, и поэтому перестал смеяться. – Здесь темно, а выползать на свет у меня нет никакого желания.

Тебе придётся поймать и принести сюда пару светляков. После я ими с удовольствием позавтракаю.

Отодвинув крышку от кастрюли, края которой уже блестели латунью, Зверёк быстро спустился в печь, где как следует извалялся в саже. После чего, убедившись, что его хвост совершенно точно принял естественный, то есть чёрный оттенок, вскарабкался наверх и подкрасил им как кисточкой и перьевую ручку, и флаг, и томик стихов, и даже паучка – на всякий случай.