Зёжик и Медвед. Сказки о нас

Такие толстые, такие все большие бегемоты, как слоны, как крокодилы. «А может, даже больше крокодилов… – думал медвежонок, который думал: – Крокодилы больше, чем слоны».

– Мне что-то как-то всё равно сегодня, медвежонок, а тебе? – зевнув, поинтересовался Зёжик, хотя ему и было всё равно, поинтересоваться или нет.

– И мне, – зевнув в ответ, ответил медвежонок, который думал всё про дождь, что если дождь идёт, то часто так бывает, пока он ходит там по крыше, по тропинкам, отряхивает листья, поднимает лужи из земли, шуршит, скрипит, что как-то всё равно становиться, и даже всёравней, чем всё равно.

И думаешь, что пусть себе идёт, куда захочет. Ведь что ты ни поделай, как ни возражай, а дождик не услышит, как будто бы ему гораздо всёравней тебя.

А если к дождику ещё и осень, и лето по тропинке до весны уходит и плачет так, как будто тут обидели его, а тут его никто не обижал, – то всёравней становится в три раза того, что прежде было всё равно.

«Потом ещё зима…» – подумал медвежонок, а ёжик тоже думал, что потом ещё зима… ещё зима, ещё, ещё…

– Потом ещё зима, – напомнил медвежонок вслух ту мысль, которая была неслышной, если думать про себя.

– Тебе не всё равно?

– Мне всё равно! Мне даже, ёжик, всёравней ещё тебя…

– Мне тоже всёравней тебя! – ответил ёжик. – Мне даже всё равно, что кончилось варенье, медвежонок…

– Мне тоже всё равно, что кончилось варенье. Я раньше так хотел, чтобы варенье не кончалось, а кончилось, и стало всё равно…

– Мне тоже стало всё равно почти что сразу, как закончилось оно… – сознался Зёжик.

– А может, нам с тобой из-за варенья всё равно?

– Не знаю, может быть, Медвед… – и ёжик встал, и заходил по комнате туда-сюда, сюда-туда, хотя ему и было совершенно, абсолютно всё равно, ходить или сидеть.

Всё может быть на свете. Иногда с последней капелькой дождя кончается любимое варенье, бывает, что кончается терпенье… «Хотя и непонятно, как кончается всё то, чего нельзя потрогать или съесть…» – подумал Зёжик.

Бывает даже, что с последней капелькой варенья кончается последняя надежда, что это капелька последняя дождя.

И медвежонок задремал, а ёжик все ходил, ходил, и дождь ходил, гулял по саду, и яблоки, и листья обрывал, и тряс ольху, вытряхивая из дупла промокшую ворону, и грустные круги крутили капли в лужах, и всхлипывал от ветра козырёк.

А ёжик всё ходил, ходил – и вдруг услышал, что ходит только он один, а дождь ушёл.