Зелёные Созвездия

Зелёные Дети

И Небо, и Море

Переполнены одинокими

Земли, Воздух

Ищут пару себе подобную.

Небо, Море

Плачут горькими, жизнь не вечная

Земли, Воздух

Забываются в бесконечности.

Дети Индиго

Одинокими

Вечером, когда дети преспокойно

сидят за столом или на своих

скамеечках, является Оле-Лукойе.

Он обут в одни чулки и тихо-тихо

поднимается по лестнице;

потом осторожно приотворит дверь,

неслышно шагнёт в комнату

и слегка спрыснет детям в глаза молоком.

В руках у него маленькая спринцовка,

и молоко брызжет из неё

тоненькой-тоненькой струйкой.

Тогда веки у детей начинают слипаться,

и они уж не могут разглядеть Оле,

а он подкрадывается к ним сзади

и начинает легонько дуть им в затылки.

Г. Х. Андерсен

Оле-Лукойе

Главая Первая. Воздух

– Всё не слава богу, – хмурится мама, поглядывая куда-то вперёд. Мы уже в самолёте, который набрал высоту, возвращая меня на родину.

При подъёме я испытал лёгкую невесомость, как будто катался на карусели в парке аттракционов.

Немного испугался, ведь летел впервые, но потом состояние стабилизировалось, пока мама не нахмурилась.

Нас поместили в небольшом отсеке прямо перед кабиной пилота, и когда в последний раз выходила стюардесса, мама случайно бросила взгляд в носовую часть самолёта.

– Что там? – хмурюсь я в ответ.

– Летим прямо в грозовой фронт. – Потом мама посмотрела на меня и внезапно растерялась, видимо, страх прильнул к моему лицу.

 – Ты не пугайся, если бы какой серьёзный грозовой фронт ожидался, пилотов бы предупредили и рейс отменили.

– Когда ты отправляла меня на яхте, тоже никакого фронта не ожидалось, – тихо произношу я, и мама было открывает рот, но оттуда не доносится ни звука. Крыть ей нечем.

Через минуту свет в иллюминаторах темнеет, самолёт входит в облачность. Опрятные стюардессы в фирменных костюмах снуют мимо нас и на их лица приклеены искусственные улыбки, по которым хочется вдарить кулаком.

Я не улыбаюсь в ответ, тревога лишь нарастает.

Самолёт чуть тряхнуло, и одна из стюардесс засеменила в салон, чтобы успокоить людей. Только дверь в кабину пилота она закрыть забыла. А ведь по уставу, скорее всего, положено. А если не закрыла, значит, волнуется.

Свет мигнул. И потом из кабинки донёсся тихий голос одного из пилотов:

– Васька, что происходит? Из строя выходит уже третий прибор. Меня пугает такое совпадение.

Я вижу, как бледнеет мама.