Зелёные Созвездия

Ведь любовь – это для слабаков и слюнтяев, а девчонки нужны только для того, чтобы с ними воевать!

Воспоминания посыпались сквозь меня как вода через решето, по одному-два предложению на каждое событие, пока Светочка меня не остановила.

– Похоже, самым ярким является воспоминание с медведем, – говорит она.

– Ну да, – соглашаюсь я и тут же спрашиваю: – А почему вы так решили?

– Ты же заговорил о нём первым. Не хочешь снова побывать в тех событиях?

– Давайте, – соглашаюсь я, и она опять вводит меня в гипноз.

Я не предполагал необычностей. Конечно, не каждую минуту лесного приключения помнил мой мозг, но в общих чертах… ничего нового я не ожидал, а зря. Я снова прошёл через лес, снова встретил медведя, он плёлся по моим следам. Я думал, что уже не восприму смерть бурого попутчика так остро, как в детстве, ведь сейчас я вырос и знал, что зверь хотел меня съесть, только позже. Однако приближение смерти медведя в видениях заставляло сердце биться чаще, прошиб холодный пот.

(…эти ощущения пробиваются сквозь гипнотический сон…)

И вот я вижу, как пуля врезается в бурую шкуру, зверь ревёт, падает и умирает. Я обхватываю его вонючиепатлы и рыдаю. Охотники оттаскивают меня почти за ноги, вдалеке кричат мама и папа, но я не хочу оставлять мишку, быть может, он ещё жив. Сошедший со страниц сказок бурый ангел, единственный спутник в одиноком лесу.

Не знаю, что вновь меня так заводит, смерть медведя или собственные страдания, которые я вижу со стороны, но я просыпаюсь на кресле психотерапевта в слезах.

А Светочка хмурится.

– Это не то, – говорит она. – Не то, что я хотела узнать. Не думаю, что этот случай имеет причастность к говорящему Морю.

– Конечно, не имеет, – хриплым голосом заявляю я. В душе ещё играет смущение.

– Что ж, тогда до следующего раза, Никита.

– А чем мы будем заниматься в следующий раз? – серьёзно спрашиваю я.

– Ну там посмотрим.

Когда я возвращаюсь в палату, скользя тапочками по больничным коридорам, проносясь сквозь невнятицу голосов персонала и больных, мои руки ещё дрожат, а грусть трепещет в сердце как мотылёк в свете яркой садовой лампы.

Да, я всегда помнил лесное путешествие, хоть и не очень хорошо.

Да, я со временем убедился, что медведи хищники и едят людей.