Зильбер. Третий дневник сновидений

– Считай, это Мата Хари[10 - Ма?та Ха?ри (1876–1917) – танцовщица, знаменита своей шпионской деятельностью во время Первой мировой войны.], – сострила Лотти.

Я наклонилась и спросила в прорезь для писем:

– А чем сегодня пахло в комнате Грейсона?

– Бутылкой «Ветивера[11 - «Ветиве?р» – мужской парфюм, в состав которого входит эфирное масло ветивера – травянистого растения с глубоким запахом земли, леса, с примесью дыма.]», которую Грейсон уронил. Его ковёр теперь вечно будет этим запахом напоминать о его дедушке, – отвечал Генри с другой стороны.

 – Готов спорить, этой ночью ему дедушка снился.

Я открыла дверь. Генри ухмылялся, держась рукой за притолоку.

– Привет, сырная девочка! Могу я войти?

– Не знаю. Среди ночи… – Я изображала шутливость. – Моя мама не разрешила бы.

– Вздор! – сказала мама за моей спиной.

Генри просунул голову в кухню.

– Ах, уютный семейный сон! И как аппетитно пахнет… Свежей выпечкой… корицей… Твои сны последнее время невероятно ароматны.

Ещё невероятней, что он может ощущать запахи, которые мне снятся.

Всё было так необычно, что не стоило долго в этом разбираться. Каждый раз, когда я так делала, меня охватывал страх – страх перед тем, что в конечном счёте для этих снов не существовало научного объяснения. Что, с другой стороны, должно было означать…

– А это что такое? – прервал Генри мои размышления.

Под кухонным столом вдруг появился довольно упитанный чау-чау и оглядывался на нас. Самый настоящий Расмус.

– Он всегда так смотрит, когда хочет угощения, – сказала Мия со злорадным смешком.

 – Это же маленький Ра…

– У-уй… – Генри потёр руки.

Я вытолкала его в коридор, выскользнула вслед за ним и закрыла за нами дверь – Мия не успела и слова проговорить. Во сне я умела двигаться быстрей супермена, если такое можно представить.

– Маленький разбойник! Давай сделаем контрольный круг. – Я повисла на Генри. – Мы могли бы, например, посмотреть, прав ли Грейсон и действительно ли к нему никто не может прорваться.

– Но там внутри было так уютно. – Генри с сожалением посмотрел на мою дверь. – А тут снаружи, наверно, безобразничают всякие шпионы и психопаты.

Ну да, или ещё демоны. Уверенности ни в чём быть не могло. Коридор с дверями разного цвета и мягким освещением мог казаться приятным и мирным, но это было не так. В тишине что-то таилось, и нельзя было понять, откуда идёт свет, – не было ни окон, ни ламп, да и самого потолка, с которого могли бы свисать лампы, не было.