Полный дом

– Я слышал, вашего слугу ударили ножом в затылок – значит, к нему подкрались сзади? – спросил Андре, подходя к сеньору Оскару.

– Должно быть, так. Браму было велено всю ночь ходить по коридору: он часто отлынивал от работы, да и выпить был не дурак – уж я-то его не первый год знаю.

– Вы слышали его шаги, когда засыпали?

– Да… А проснулся среди ночи – тишина. Я решил выглянуть и задать парню небольшую трепку. Открыл дверь – и вот он, лежит ничком на полу, в луже собственной крови, – старик поежился. – Я немедленно стал звать на помощь, хотя рисковал собственной жизнью: ведь грабители могли еще быть в доме.

– Слуги прибежали первыми, а когда мы спустились и увидели весь этот ужас, то не сразу поняли, что Маргарита даже не поинтересовалась, из-за чего шум, – добавила дрогнувшим голосом Эва, присевшая на невысокую скамеечку рядом с дядей. – Алехандро заглянул к ней и…

Она закрыла ладонями лицо. Сеньор Оскар положил руку на плечо племянницы.

– Каждому отпущен свой срок, – пробормотал он.

 – Наша Маргарита сейчас в лучшем мире, и все ее малыши рядом.

Эва резко вскинула голову.

– Не надо так говорить, дядюшка! Я слишком хорошо знала сестру: ее душа не найдет покоя, пока не будет отомщена.

– Разумеется, убийц найдут. Супруг… то есть вдовец Маргариты и его брат поклялись, что не успокоятся, пока не схватят негодяев.

– Тогда почему они не обратились к властям? Почему дом заперт? На что они рассчитывают?!

– На собственные силы, дорогая Эва, – в дверях стоял сеньор Алехандро.

 – Только на собственные силы. Вы знаете, что в Арагоне сегодня даже преступника, пойманного с поличным, не могут осудить как следует.

– Однако в умении вести расследование у этих бюрократов больше опыта, – заметил Андре, слегка поклонившись.

Сеньор де Фуэрте бросил на него раздосадованный взгляд.

– Полагаю, моя свояченица послала за вами… К сожалению, ваше присутствие здесь неуместно: происходящее в доме не предназначено для посторонних глаз. Я прикажу слугам отвезти вас домой, – он шагнул к двери и потянулся за шнурком от колокольчика.

– Это дом моего отца… – Эва поднялась со скамейки и встала прямо; ее глаза сверкнули недобрым огнем, – и отца Маргариты. И я действую в интересах моей семьи, требуя, чтобы это дело расследовали как подобает! Никто в Сарагосе не сделает этого лучше, чем доктор…

– Я уверен, что ваш новый приятель понимает, что это дело – глубоко семейное, – повысил голос Алехандро.

Андре поднял брови.