Златинка

Им ничего не оставалось делать, как разрешить.

Златинка побежала к берлоге, потом к ручью, но ее друзей нигде не было. Она позвала на всякий случай: «Ми-тя! Мо-тя!» – но никто не отозвался, лишь послышался шорох в куче опавших листьев.

«Интересно. Кто там шуршит?» – подумала лисичка и подошла поближе. Шорох не прекращался. Она подпрыгнула высоко вверх и тут же спикировала вниз – носом в листья, как ее учила мама. Лапы нащупали что-то мягкое и теплое. Понюхав, Златинка фыркнула:

– Фу! Мышь! – и выкатила на свет маленького зверька, похожего на мышонка, но чего-то в нем не хватало.

Лисичка и так и этак вертела серый комочек.

– Странный зверь, – сказала она и спросила, – Ты кто?

– Я мышонок Тим, – представился зверь.

– Но ты не похож на мышь.

– У меня хвостик отпал.

– Как это? – удивилась лисичка.

– Это грустная история, – ответил ей мышонок и замолчал.

– Расскажи, – попросила она и подумала: «Мама говорила, что с едой нельзя играть, а разговаривать, наверное, можно. Тем более что есть я его не буду».

Тим взобрался на корягу, уселся поудобнее и сказал:

– Ну. Хорошо. Слушай. Родился я с очень длинным хвостом. И когда я был совсем маленьким, мама завязывала мне хвостик бантиком, чтобы он не цеплялся за траву и корешки.

Повзрослев, я научился держать хвост трубой. Так и бегал с высокоподнятым хвостиком, кончик которого смешно раскачивался из стороны в сторону. Однажды надо мной пролетала оса. Она, наверное, подумала, что я дразню ее, и больно ужалила прямо в хвост.

Я заплакал и побежал домой к родителям. Они увидели жало и отправили меня к доктору. А я испугался, что мне станут делать уколы или давать горькие таблетки. Сам перевязал хвост тряпочкой, а к доктору не пошел.

Днем я помогал взрослым собирать зерна пшеницы, готовить запасы на зиму. Думать о хвосте было некогда. А вот ночью я совсем не мог спать от боли. Хвостик был горячим, и его как будто кто-то все время дергал.

Так прошло несколько дней, и однажды утром, проснувшись, я понял, что у меня больше не болит хвост.

Спрыгнул с кровати, покружился и вдруг увидел: он остался лежать на месте, завернутый в тряпочку. Я побежал на улицу, но на меня никто не обращал внимания. Только старая мышь Фрида недовольно шикнула и обозвала морской свинкой. Я им кричал:

– Это я, Тим! Вы что, не узнаете меня?

– Ты что, издеваешься над нами, бесхвостая морская свинка? У нашего Тима самый длинный хвост в мире! А ну! Проваливай отсюда, пока цела! – сказали мне.