Злой доктор

– А ты знаешь, что это за котенок игрушечный? Совсем не котенок! – и Ваня быстро рассказал Насте про превращение.

– Я заметила, что она не похожа на настоящую игрушку – слишком теплая.

Настя отпрянула от окна и прислушалась. Потом поднесла руку ко лбу и закрыла глаза.

– Ты как себя чувствуешь? – спросил Ваня.

– Хорошо, – ответила Настя.

– Тогда возьми фонарик.

– Это очень хорошо, он пригодится. А то свет в коридоре не зажжешь. Доктор ведь здесь живет, на втором этаже у него комната.

Настя снова прислушалась к чему-то в глубине лазарета.

– Надо возвращаться, какие-то звуки.

– А ты правда хорошо чувствуешь? – спросили ребята.

– Вообще-то, нормально. Я микстуру не пила. Но вот только от укола вчера не отвертелась. Может, от него немного дрожу. Но ничего, вы завтра после завтрака приходите навестить. И это окно оставим открытым.

Настя соскочила с подоконника, прикрыла створку почти полностью, помахала рукой и исчезла в темноте. В другое окно ребята видели, как она снова улеглась в постель, лицом к стенке.

Утром дождя не было, ветра тоже, но облака висели низко. Все игры на улице отменили, линейку после завтрака с подъемом флага тоже. Когда шли на завтрак, Ваня и Слава видели, как новый доктор стоит рядом с Марией Дмитриевной и оба смотрят на лазарет. Ночью ему досталось от бури: крыша вся была бурая от грязи, а штукатурка отсырела и местами отвалилась.

– Что ж, придется делать ремонт, – сказала начальник лагеря.

– Разумеется, уже и строители приехали, – ответил доктор.

Действительно, у ворот стояла грузовая машина, и от нее несколько рабочих бегом тащили к лазарету лестницы, банки с краской и кисти. У их бригадира были хитрые зеленые глаза и усы щеточкой.

– Что это за цвет? – спросила Мария Дмитриевна, наклоняясь к банкам с краской.

– Разумеется, темно-серый, – ответил доктор, и его рот снова растянулся в резиновую улыбку.

На завтрак была пшенная каша. На вид она была нежная и пушистая, с желтым масляным ободком на каждой тарелке. Но повар дядя Леша почему-то ходил между рядами и покачивал головой.

– Вроде все как всегда. Пшено, молоко, соль, сахар, масло, вода. Сам варил. Но что-то не то, – бормотал он, поглаживая ребят по головам.

Костя взял в руку ложку.

– Не ешь, – толкнул его Ваня.

Славик отложил ложку.

– Как думаешь, хлеб можно.