Злые фантомы

Корделия подцепила их пальцами и нащупала на обратной стороне резинку, тонкую и эластичную, как медузье щупальце.

Корделия зажмурилась и натянула очки.

Резинка затянулась как будто сама собой, и Корделия вздрогнула: ей вдруг пришла в голову странная мысль. Они до сих пор понятия не имели, как работают эти очки и где они сделаны. А вдруг она смотрит сквозь глаза какого-нибудь существа, способного видеть призраков? А вдруг это существо – в каком-то смысле, виде, облике – всё ещё живо?

«Да и пофиг, – подумала она, – лишь бы они работали!»

Корделия открыла глаза.

Вокруг неё кружились два мира. Первый, движущийся по часовой стрелке, был тот, который она знала всегда. Стены, пол, лампы. Реальность. Второй кружился в противоположном направлении. В нём плясали смутные тени и цвета, которых она никогда прежде не видела.

Корделия пошатнулась. Сильная рука подхватила её под локоть.

– Погоди секундочку, – сказала Агнеса. – Сейчас пройдёт.

Два мира замедлились, словно останавливающиеся карусели, раскрученные навстречу друг другу, и наконец слились в один.

Ковчег снова был неподвижен. Корделия поморгала слезящимися глазами. Теперь она видела, что на Агнесе тоже призрочки. Они были тёмные, с вогнутыми линзами, словно плавательные очки, которые должны защищать пловца от сияния биолюминесцентных рыб.

– Призрака видишь? – спросила Агнеса.

Корделия обвела взглядом вестибюль и заметила высокого мужчину в жилетке и галстуке-бабочке. Шеймас Гидеон! Он выглядел каким-то размытым, будто фото не в фокусе.

– Да вот же он! – воскликнула Корделия, в восторге от того, что её Зрение к ней вернулось.

– Где? – спросила Агнеса.

– Да вон же! – Корделия ткнула пальцем в сторону призрака. – Ты что, не видишь?

– Нет! – Агнеса разочарованно вздохнула и сдёрнула свои призрочки. – От них тут никакого толку!

– А мои действуют! Как такое может быть?

– Потом разберёмся. Бенджи нужна помощь!

Агнеса была права. Бенджи был в своей стихии: он носился и петлял, словно то был главный футбольный матч в его жизни, но, похоже, он начинал выдыхаться.

Корделия поняла, что долго уворачиваться от зверей он не сможет.

– Эй! – завопила она. – Вот она я!

Гидеон воззрился на неё стеклянными глазами, выпирающими из орбит, точно мячики для пинг-понга. Его губы растянулись в оскале. «Бенджи прав, – подумала Корделия, – он терпеть не может, когда на него смотрят». Трёхногий снежный барс отстал от Бенджи и сделал несколько неуклюжих прыжков в её сторону.