Зов глубины

– Бенедетта – зови меня Билли, – ответила девочка, снова взглянув в иллюминатор. – А там только что была Шола – молодая самка кашалота.

Переборка с другой стороны шлюза открылась, и туда пролез юноша. Сунув руки в карманы синего комбинезона, он небрежной походкой направился к ним. Очень бледный, с большими голубыми глазами, придающими его лицу детское выражение, и с атлетическим телосложением – весьма недурно.

– Здоро?во, – сказал юноша, подняв в знак приветствия руку. – Наконец-то у нас гости! Расскажи, кто ты и чем занимаешься на белом свете выше уровня моря.

Билли засмеялась:

– Карима, это Джулиан. Не обращай внимания – он не всегда так разговаривает.

Карима улыбнулась. Значит, не все юные водолазы стеснительные – классно!

– Гм… Чем я занимаюсь… Живу в Европе, хожу в школу – деваться некуда, иногда бываю в кино, на дискотеках или – когда солнечно – в открытом бассейне… – Она запнулась. Подростки восхищённо ловили каждое её слово.

– Дискотеки… – Билли тоскливо посмотрела на Джулиана, а потом снова на Кариму.

Карима поняла, что здесь ничего из упомянутого ею нет – тем более солнца.

– Э, а вам не приходится ходить в школу?

– Нет, мы как были, так и останемся дикарями, – ухмыльнулся Джулиан, усевшись на подводный робот как на самый обыкновенный ящик. – На самом деле у нас есть обучающие программы и наставник. Но вы, наверное, изучаете совсем другие предметы. У вас в расписании есть морская биология и геология? Наверняка нет.

Карима покачала головой:

– Зато у нас есть история, ИЗО и всё такое.

– У нас тоже есть – в качестве факультатива, – вмешалась девочка. – Только их никто не выбрал. Зато я окончила курсы журналистики.

– Европа… Что-то в этом есть. Традиции. Культура. Искусство. – Джулиан не сводил с неё глаз, и Карима весело смотрела на него. Похоже, здесь, на подводной станции, всё-таки прикольно!

– Ха-ха, можно подумать, ты что-то смыслишь в культуре и искусстве, Джулиан, – поддела его Билли. – В скатах ты однозначно разбираешься лучше.

– Ещё как интересуют! – возразила Карима. – Только не говори, что работаешь со скатом!

– Так и есть, – кивнул Джулиан. – Мой первый партнёр был манта – огромный скат. Он тогда ещё не вырос, а уже был три с половиной метра в ширину – от одного кончика плавника до…

У них над головой щёлкнул громкоговоритель.

– Внимание, – сказал мужской голос с акцентом, напомнившим Кариме каникулы в Швеции и Норвегии.