Легион: Прыжок льва. Испанский поход. Смертельный удар

– Да что я, – отмахнулся Ларин, но взял наполненную чашу и отпил едва ли не половину, – Ерунда. Вот ты, говорят, уже всех гетов к ногтю прижал?

Лесть попала в цель. Иллур самодовольно усмехнулся.

– Ну еще не всех, – кивнул он, погладив бороду рукой, – но хребет этому племени я сломал. А главный город сжег дотла, чтобы и памяти о нем не осталось. Долго геты не хотели приходить в покорность. Но теперь на этой земле будут жить только скифы, и те, кто им служит, а все остальныестанут рабами.

От этих воспоминаний Иллур вдруг стал серьезным, замолчав ненадолго.

– Палоксая мы разбили, как ты знаешь, – заметил адмирал неожиданно для себя, – а вот Иседон сбежал.

Ларин провел рукой по кожаным полосам, свисавшим из-под чешуйчатого нагрудника.

– Никогда себе этого не прощу, ведь он был рядом, – сокрушался морпех, – я его почти взял. Одного дня не хватило. Скрывается теперь где-нибудь у греков. Кстати…

Ларин внезапно вспомнил о допросе пленного казначея.

– Когда Тернул брали, попался мне в руки один интересный человечек. Казначей Иседона.

– Да, его золото Аргим мне уже прислал, знатная добыча, – подтвердил Иллур, откусывая от спелого яблока, – получишь свою долю после похода. А самого Иседона мы найдем и предадим смерти. Никуда не денется.

– Золото это хорошо, – не стал спорить Ларин, – и за Иседона спасибо. Но вот что я тебе хотел сказать. Его казначей мне рассказал, что греки это золото привезли в Тернул, чтобы воины Палоксая воевали с нами.

Леха помолчал, облизав губы.

– Кто знает, – добавил он, – если б не то золото, может, и воевать бы не пришлось.

– Воевать все равно пришлось бы, – «успокоил» его царь скифов, казалось, совсем не обескураженный новостями о заговоре, – что сказал тот пленник? Кто прислал золото?

– Даже под страхом смерти он не признался, – развел руками Леха, – говорит, что прислали издалека и греки только посредники. Так что, кто воду мутит не понятно. Вот если бы Иседона найти, тогда мы все бы и узнали.

– Ладно, – взмахнул рукой Иллур, разрешая своему адмиралу прекратить этот напряженный разговор, – рано или поздно, я узнаю, кто натравливал на меня родню по крови. Сейчас это уже не важно, мы все равно захватили побережье Истра. Палоксай мертв, и эти земли мои, как и земли гетов. Так что сегодня позабудем о заботах и станем пировать. Я приказал устроить праздник по случаю нашей победы.

Лицо Ларина просветлело: выпить адмирал любил.