Легион: Прыжок льва. Испанский поход. Смертельный удар

Ночевать приказал на кораблях, вытащенных для этого на берег. Лишь более крупные квинкеремы простояли всю ночь в море на своих якорях.

Эта ночь действительно прошла спокойно, а на следующее утро Леха все же решился покинуть ненадолго флот, чтобы проехаться в седле рядом с Аргимом. Начавшийся день тоже не предвещал, на его взгляд, ничего особенно опасного.

«Наверняка опять никого не встретим, чего на палубе маяться, – бодро размышлял Леха, спускаясь по сходням на берег, – геты уже, небось, пятки смазали до самого Истра и там окопы роют.

– Токсар, – обратился адмирал к поджидавшему внизу помощнику.

– Слушаю, господин, – почтительно поклонился скиф.

– Я схожу на берег и весь день буду ехать с Аргимом, – проинформировал он своего подчиненного. – Принимай командование. Пусть флот движется вдоль побережья, не удаляясь слишком. И следи за сигнальными стрелами.

– Все будет в порядке, – ответил Токсар.

Приблизившись к подведенному одним из воинов коню, Леха бодро вскочил в седло и, взяв с собой полсотни Урукуна – остальным пришлось остаться на корабле, – быстро догнал авангард скифского войска, где ехал сам Аргим.

– Что, не усидел на корабле? – усмехнулся военачальник глядя, как адмирал-поневоле лихо осадил своего коня рядом с ним.

– Скучно стало, – решил не врать Леха, пуская коня шагом, – в море врагов нет. Попрятались все. Боятся со мной воевать. А я коней тоже люблю. Вот с тобой по берегу до вечера проедусь, а потом вернусь.

– Без коня скифу не жизнь, – согласился Аргим и посоветовал: – Ну, тогда держись рядом, а лучше позади. Разведчики доносят, что видели вчера поблизости гетов. Того и гляди объявятся.

Леха кивнул, но не поверил. Он хоть и сам был разведчиком, но в глубине души был уверен, что геты не отважатся на сопротивление еще минимум дня три. А может, и все пять. Ведь Иллур тоже начал свое наступление. Гетам теперь приходится экономить силы, накапливая для решительного сражения конницы.

Спустя недолгое время, дорога удалилась от скалистого побережья, постепенно переходившего в высокие холмы. Не успело солнце взобраться на небосвод и раскалить возвышенности, как они въехали в длинное, поросшее лесом ущелье вслед за авангардом. Почти вся двадцатитысячная армия находилась позади, когда с окрестных скал в скифов неожиданно полетели стрелы и копья.