Ива Мосс и украденный вторник

Похоже, именно это произошло с Ивой Мосс, самой младшей и – увы! – наименее одарённой из всей семьи Мосс.

Многие полагали, что Иве достался талант, более уместный не на волшебном празднике, а на волшебной помойке. Способность полезная – но ни стиля, ни шика, ни блеска. Ни грамма стиля, ни на йоту шика – и разве что капелька блеска, если сильно прищуриться.

Ива находила потерянные вещи.

Ключи там, носки… или вот недавно – деревянные зубы старого Джеремайи Кротчета.

Это, кстати, было не смешно: зубы бухнулись ей в протянутую ладонь все в липких слюнях Хрыча – дряхлого бульмастифа Кротчетов.

Когда Кротчеты заплатили ей шпоргл – стандартный тариф за её услуги с тех пор, как ей исполнилось шесть, – Ива решила, что слишком долго откладывала повышение цен. Ещё она поклялась всегда иметь при себе рыбацкую сеть – на тот случай, если придётся искать что-то такое же противное.

В общем, назвать её талант прибыльным никак нельзя. Но какие-то крохи в дом приносила и она – в основном полбуханки хлеба в день.

А ведь и это что-то! Разумеется, если не сравнивать её со средней сестрой Камиллой: недавно та вызволила Гаррона Дженсена из-под плуга с запряженным в него ослом, подняв всё это силой мысли.

Н-да… Дар Камиллы был куда более эффектным.

Когда в шесть лет у Ивы обнаружился её талант, папа объяснил, что мир состоит из людей разного рода.

– Все они нужны и важны. Просто некоторые привлекают больше внимания, чем другие.

Есть люди вроде мамы: стоит им появиться где-нибудь – к ним сразу начинают относиться с уважением. (Тот факт, что мама слышит голоса умерших, конечно, тоже нельзя списывать со счетов.) Твои сёстры такие же. А есть люди вроде меня и тебя.

Это было больно. Ну так, самую малость.

Ива, вопреки своему имени, была совсем не высокой, с абсолютно прямыми каштановыми волосами и карими глазами. Она очень походила на отца, тогда как сёстры унаследовали сногсшибательную внешность матери: высокий рост, струящиеся чёрные волосы и зелёные глаза цвета «изумруда».

Хотя Ива была убеждена, что никто из семейства Мосс ни разу в жизни толком не видел изумруда.

Когда она пожаловалась бабушке Флосси, что ей не досталось такой потрясающей внешности, как у мамы и сестёр, бабушка только фыркнула. Она терпеть не могла проявлений тщеславия и самолюбования. Не могла себе позволить – с зелёными-то волосами.