Ива Мосс и Утраченное Заклинание

Из волосатого мешка неслись пронзительные вопли Освина:

– О не-е-е-е-ет! О мойна ужасна тётушка, не хочу помирать птицевым обе-е-едом!

С бьющимся сердцем Ива полетела в противоположную сторону на уровне нижних ветвей – так, что они хлестали её по лицу, и наконец с разгона шумно шмякнулась в кучу прелых листьев. Ива сползла с Шёпота, и метла зависла над землёй в нескольких футах поодаль.

С места приземления Ива поглядела вверх и с огромным облегчением увидела, что вороны улетают прочь, всё ещё наполняя воздух жутким криком.

Она приставила трясущуюся ладонь козырьком ко лбу и заметила, что у одной из птиц странное, синеватое крыло, словно сотканное из дыма. Она моргнула – и ворон исчез.

По-прежнему тяжело дыша, Ива отряхнулась и, морщась от боли в ободранных руках, подняла с земли ворсистый саквояж, который в ответ фыркнул:

– И чего енто было тако?

– Не знаю, – прошептала Ива, с большим трудом уговорившая свои ноги двинуться вперёд. Ей ещё никогда не доводилось видеть, чтобы птицы вели себя таким образом.

 – Наверное, безопаснее будет чуть-чуть пройти пешком. – Она прихватила метлу, покрытую грязью и листьями, и с гримасой боли водрузила её на плечо.

Лишь ранним вечером вышли они из леса на какую-то поляну. Ива увидела намалёванный вручную знак, где красовалась надпись:

– Хм-м, кажется, именно эти деревенские жители не из тех, кто будет рад видеть у своих ворот ещё одну ведьму, – заключила Ива, разглядывая розовые граффити, пририсованные кем-то дерзким к строчке про проживающих здесь ведьм.

Освин согласился:

– Давай УНОСИТЕНОЖЕЧКИ!

Ива повернула было назад, но оказалось слишком поздно. Громкий лязг, раздавшийся сзади, поднял дыбом волосы у неё на затылке.

– Чего это тут у нас? Другая ведьма, говорите, – прошипел голос, от которого Ивины коленки на миг забыли, как удерживать её вес.

Ива повернулась, споткнулась и сглотнула. Именно в таком порядке. Широко распахнув глаза, она ясно увидела, почему ведьм в этой деревне уже было достаточно.

Более чем достаточно. Та, что стояла перед девочкой, стоила всех слухов, которые вам когда-либо доводилось слышать про ведьм, всех жутких мыслей, от которых по коже бежали мурашки, и всех кошмаров, сведённых в один. Хотя бородавки на подбородке у неё не было, как и чёрной остроконечной шляпы, но похолодевшим сердцем девочка чуяла, что фигура перед ней обладает ведьменностью, которой хватило бы на целую компанию ведьм. На шайку.