Игра в куклы

К половине восьмого на город, с раскатистым громовым рыком и желтыми всполохами молний, обрушилась небесная волна. Шквальный ветер взбивал косматую пену туч, угоняя ее куда-то на юг. По вентиляционным трубам его траурные завывания проваливались в квартиры, заставляя жильцов неуютно ежиться. Помрачневшее небо насупилось, наплевав на белые ночи, погрузило Петрозаводск в почти настоящую темноту. Одинокие машины рассекали водяные потоки со скоростью медленного пешехода. В припадочном танце раскачивались деревья в парке. Грохотали жестяные крыши и оконные отливы.

Вслушиваясь в перебранку кровельного железа со стихией, Жан ясно понял: сейчас.

Он не стал выдумывать, просто отправил это короткое, необычайно емкое слово друзьям, зная, что они поймут. Заготовленные загодя, в сумке лежали доспехи, кулачный щит и оружие. На заточку меча Жан потратил четыре дня и два точильных бруска, будто заранее знал, что битва скоро. Меч все равно оставался не слишком острым, зато топором, что тайком вытащил из отцовского ящика с инструментами, можно было спокойно нарезать хлеб.

Прикрыв это добро свернутой в скатку тонкой стеганой курткой, Жан подошел к отцу:

– Па, я к Тохе схожу на часок?

По каналу «Спорт» транслировали футбол, российская сборная безнадежно билась на «Евро» за выход из группы, и увлеченный отец лишь рассеянно махнул рукой:

– У мамы отпросись…

– Это куда ты там намылился на ночь глядя? – раздался с кухни мамин голос.

– Мам, я к Тохе, можно? Он мне с доспехами помочь обещал…

– Ты и Антошку в свою секту затащил?

Похожая на призрака, в длинном махровом халате и с кремовой маской на лице, мама выплыла в коридор.

Глядя на сына, скептически выгнула угловатую бровь:

– Ладно, иди уже, лыцарь ты мой… Чтобы в десять был дома.

– Как штык!

Жан кивнул очень серьезно и вдруг крепко обнял маму за талию. Ему пришло в голову, что, если все пойдет не так, если дракон окажется сильнее, он может не успеть домой к десяти. Он может уже вообще не успеть домой. Никогда. Мама охнула от неожиданности, ухватила сына за плечи.

Кремовая маска расплылась в довольной улыбке:

– Ну все, все, иди уже!

Стараясь не греметь железом, Жан взвалил сумку на плечо и вышел за дверь. Он знал, что прямо сейчас покидают свои квартиры Тоха и Серый.

Первый подъезд выбрали по трем причинам. Во-первых, отсюда удобнее начинать поиски, не оставляя за спиной неразведанных мест. Во-вторых, на последних этажах здесь жили сплошь пенсионеры, все лето проводящие на дачах.